"Terra Teutonica 1360-1425"

living history community
Текущее время: 20-11, 02:18

Часовой пояс: UTC + 2 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 9 ] 
Автор Сообщение
СообщениеДобавлено: 03-01, 16:34 
Не в сети
главбюргер
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15-08, 16:34
Сообщения: 7042
Откуда: Brzesc, Bialorus
Arms and Armours In The Medieval Teutonic Order`s State In Prussia
http://www.teuton-order.ru/sites/defaul ... ski%29.pdf

Выделил перевод Новаковского в отдельную тему для простоты и удобства пользования.

Здесь предлагается перевод некоторых глав книги польского историка Анджея Новаковского "О войсках Ордена Госпиталя Святой Девы Марии Тевтонской немецкого дома в Иерусалиме", г. Ольштын, 1988 год издания. Перевод с польского - Пархимович Вадим.

1. Происхождение вооружения крестоносцев.

Обеспечение войск оружием и снаряжением было для властей Ордена первоочередной задачей с момента прибытия крестоносцев в Хелминскую землю и до Труньского мирного соглашения, заключённого в 1466 году, так как его история состояла из больших и малых военных конфликтов.
Потребность содержания в готовности хотя бы части военных сил Ордена накладывала на него обязанность заготовления необходимого количества оружия, предназначенного не только для непосредственного использования в бою, но и также для создания резерва вооружения и снаряжения, необходимых в случаях мобилизации значительной численности воинов или для пополнения потерь, понесённых во время сражения. Эта непростая проблема была решена Орденом в конце XIV века эффективно. В орденском государстве не ощущалось недостатка в вооружении ни для нужд многочисленных конвентов и гарнизонов замков, ни для жителей орденского государства, находившихся на службе за деньги. Горожане, наёмники-иностранцы и гости Ордена располагали собственным вооружением, и забота об их вооружении не беспокоила своим бременем власти Ордена.
Говоря о способах обеспечения вооружением воинов, образовывающих вооружённые силы Ордена, следует помнить, что существовали условия поставок его орденским и замковым гарнизонам, остальные же категории комбатантов обеспечивались по остаточному принципу. И если существовала орденская специфика производства и распространения вооружения, то касалась она оружия, предназначенного для людей, непосредственно и постоянно связанных с Орденом - братья Ордена, кнехты. Рыцари, горожане, крестьяне, живущие в Пруссии, обеспечивались вооружением таким же образом, как это было в других европейских странах.
Не совсем просто представить читателю полный образ производства в Пруссии вооружения. Этому препятствует нехватка специальных исследований, которые могут быть простой и солидной основой для сделанных выводов. По этому информация, содержащаяся в этом разделе, будет скорее наброском такого образа, требующим дополнения недостающими особенностями.
В орденской Пруссии существовали, говоря современным языком две основные ветви производства вооружения: государственная и индивидуальная. Существование мастерских, производство в которых было организовано, и контролировались властями, являлось специфическим явлением в этой сфере. Подобного явления мы не найдём ни в одной из европейских стран. Существование централизованной и мощной военной "промышленности" было возможно только в государстве, в котором военное дело играло важнейшую роль, которое располагало значительными финансовыми средствами на её реализацию, которое располагало мощным административным аппаратом, обладающим значительными полномочиями.
Человеком, отвечающим за состояние орденского вооружения, был Великий Маршал. По Уставу, ему подчинялись, заведующий мастерской по изготовлению сёдел (Frater de domo sellarum) и смотритель кузницы (Frater de minori fabrica). Позже появились смотритель арбалетной мастерской, а также должностное лицо, руководящее производством орудий. В крупнейших замках были свои оружейники и изготовители щитов.
Высокого уровня достигло в Пруссии производство стрелкового оружия: арбалетов и болтов к ним. Арбалетные мастерские находились во всех важнейших замках. На начало XV века их насчитывалось, по меньшей мере, шестнадцать. Крупнейшей из них являлась мастерская, находившаяся в Мальборке. Находилась она в восточной части предзамчья, недалеко от стен и была построена из кирпича. Историки упоминают о старой мастерской, но в начале XV века она уже не действовала. В отчётах казначея записано, что в 1 400 году выделены деньги на её ремонт и приспособление для приёма княжны Юлианы, дочери Витовта, которая прибыла с двором в Мальборк.
В мастерских изготовляли различные виды арбалетов, а также, колчаны для болтов. Готовые арбалеты хранили в ящиках, иногда - на специальных стояках. В 1 399 в мальборкской мастерской находились 324 готовых арбалета и 75 было в стадии изготовления. Производство болтов осуществлялось в два этапа: сначала кузнецы ковали наконечники, которые передавали в руки мастерам. Они строгали древки болтов, делали оперение и насаживали наконечники, работая за специальными столами. Источники донесли до нас имена некоторых мастеров. В 1413 году работали мастера Маттиас, Ганнус, Клаус, Андрис, Ганс и другие, изготовившие около 82 000 новых и отремонтировавших 43 000 старых болтов.
Эти цифры показывают, что стрелковое оружие играло в Ордене существенную роль. Дополнительным аргументом, подтверждающим это мнение, являются списки замковых арсеналов. В 1396 году в Эльбинге находилось 1633 арбалета различных типов, а в 1401 году в Кенигсберге находилось 741 исправный арбалет и определённое количество повреждённых или некомплектных.
Очередной сферой производства вооружения, организованной и управляемой властями Ордена, было производство орудий, амуниции, пороха и артллеристкого снаряжения. Первое упоминание об огнестрельной артиллерии в Пруссии относятся к 1374 году, и говорит о трёх орудиях, находившихся в замке Липенк в Хелминской земле. Хотя не исключено, что крестоносцы использовали огнестрельные орудия во время осады Ковно в 1362 году.
Крупнейшие мастерские производящие орудия находились в Мальборке. В среднем крыле предзамчья отливались стволы орудий. Также в предзамчье находилась мастерская по производству пороха и деревянных элементов орудий, повозок, а также мастерская по производству каменных ядер. Наиболее сложным был процесс отливки бронзовых стволов орудий. Этим занимались специалисты-литейщики, среди которых был брат-рыцарь по имени Йохан, руководивший в 1408-1409 годах изготовлением стволов, в том числе и для "Большого орудия". Сырье, необходимое для литья - медь, олово, цинк поставляли в Мальборк купцы из Гданьска и Торуня.
К сожалению, нет информации, которая позволила бы сориентироваться в масштабах производства мальборкских мастерских по производству орудий. Соответствующими данными располагаем только для 1401-1409 годов. В это время было произведено, по меньшей мере, 24 ствола. В том числе пять для больших орудий и одно для "Длинного". В 1 408 году орденский хронист Йохан фон Поссилге записал, что "Отлито орудие такое большое, какого нет во всех землях Германии, ни в Польше, ни в Венгрии". В Мальборке производились орудия со стволами из железа, сделанные в кузницах, например в 1401 году кузнец Мольнер сделал двенадцать таких стволов.
В мастерских каменотёсов производили каменные ядра, некоторые из которых достигали размеров человеческой головы. В 1 403 году было сделано около 300 таких ядер, предназначенных для орудий различных калибров. Отливались также пули для малых пушек, часть из них, скорее всего, являлась ручными гаковницами.
Столяры делали для пушек деревянные лафеты, колёса окованные железом, специальные повозки для перевозки пороха, а также иное артиллерийское снаряжение.
Специальные ремесленники занимались производством пороха, сера и селитра, для которого закупались в Гданьске, Торуне, Эльбинге.
Письменные источники недвусмысленно указывают: мастерские по производству пушек снабжали ими и другие замки Ордена, кроме мальборгского. Доподлинно известно, что такая мастерская в начале XV века находилась в Гданьске, но не установлено, находилась ли она в замке и подчинялась комтуру или находилась в самом городе. В большинстве замков, располагавших огнестрельной артиллерией, находились также мастерские по производству ядер и пороха. Интересно, что в 1 409 году в Эльбинге производством пороха занималась женщина, жена мальборгского литейщика Генриха Думехена.
Власти Ордена закупали также орудия в других странах, как, например, четырёхкоморное орудие, купленное в 1404 году на Готланде.
Очень интересными могут быть затраты, которые Орден нёс в связи с производством пушек. Так, в 1401-1403 годах затраты составили 60 гривен, за которые в это время можно было купить трёх - четырёх лошадей, 30 охотничьих соколов или 25 волов. В 1408-1409 годах было израсходована колоссальная сумма - 1475,5 гривны. Это гигантский рост расходов на артиллерию свидетельствует не только о повышающейся роли этого вида оружия в войске Ордена, но главное, о значительных усилиях Ордена в преддверии Великой Войны с Польшей и ВКЛ.
В крупнейших орденских замках находились мастерские по изготовлению индивидуального оружия. Не всегда получается, узнать, которые из упомянутых в письменных источниках ремесленники работали на Орден и выполняли только государственные заказы, а какие работали самостоятельно, продавая оружие в арсеналы Ордена.
Одним из ремесленников, работавших в Мальборке для нужд конвента, был оружейник Йорг, который в 1409 году сделал 32 комплекта панцирей, состоящих из металлических пластин, прикреплённых к кожаной или суконной основе, называвшихся "Bronyen".
С Мальборком был связан также неизвестный по имени мастер-кольчужник, сделавший много кольчужных панцирей для высших чинов Ордена. Этот мастер изготовил также в 1412 кольчужное вооружение, принадлежавшее великому комтуру Герману Нансу.
В замке Мальборка производили также шлемы, которые делал мастер Якуб. Он поставил в 1407 году великому комтуру 32 капелина. Для гарнизона и конвента столицы Ордена делал и точил мечи специалист-мечник. В 1412 году 6 мечей было выковано для Магистра Генриха фон Плауэна, а перед Грюнвальдской битвой был выкован меч для Ульриха фон Юнгингена.
Щиты в Мальборке делал мастер Пауль Бортенштейн, изготовивший в 1409 году 43 щита.
Росписью щитов занимался мастер Петер, прославившийся тем, что занимался орнаментированием щита Конрада фон Юнгингена.
Крупнейшие замки Ордена располагали мастерскими по производству сёдел. В XIII веке и на протяжении XIV века было чётко регламентировано Уставом разделение на собственно мастерские по изготовлению сёдел и кузницы для изготовления металлических частей сбруи и снаряжения всадника. В конце XIV века это разделение исчезает. В седельной мастерской, называвшейся "Satelhus" изготовляли конскую сбрую, однако это не означает, что шпоры, стремена, уздечки, предназначенные для должностных лиц Ордена, не покупали у специалистов-ремесленников в городах.
Больше всего письменной информации касается седельной мастерской в Мальборке. В начале XV века ей управлял мастер Йост, располагавший пятью помощниками. В ней изготавливались различные типы седел, начиная от транспортных и заканчивая боевыми. Процесс изготовления включал выделку кожи.
Менее технологически сложное вооружение изготовляли деревенские кузнецы. Интересное открытие, подтверждающее это суждение, сделано во время исследования местечка Слошевы около Бродницы в Хелминской земле. Там были обнаружены остатки оборонного сооружения, лежащие в границах орденского поместья, которым управлял бродницкий комтур. На территории этой усадьбы, уничтоженной в 1414 году, находилась кузница, в которой археологами было найдено около 1000 наконечников для болтов различных типов, сырьё в виде прутьев железа. Очевидно, слошевский кузнец изготовлял болты для жителей усадьбы и для гарнизона замка в Броднице.
Оружие и снаряжение, изготовленное в мастерских замков или деревенскими кузнецами, дополнялось закупками по всей территории Пруссии и за её границами. Письменные источники многократно упоминают, что "люди Ордена" приобретали вооружение у ремесленников в городах. Иногда эти закупки были весьма значительными. Так в 1402 году было куплено за раз 245 панцирей и 312 щитов, в 1403 году - 523 кирасы и 135 капелинов, в 1404 году 1057 кирас и 400 капелинов. Однако неизвестно, где это оружие было произведено.
В первые десятилетия XV века в городах Пруссии закуплено, по меньшей мере, 885 шлемов различных видов. Приобреталось всё больше оружия - 2200 нагрудников из металлических пластин и кольчужных панцирей. Свидетельств закупок щитов также множество. В 1400-1409 годах мальборкский арсенал пополнился на 732 единицы этого оружия, среди которых было 173 больших и тяжелых пехотных щита. Остальные виды вооружения приобретались в меньших количествах, и случалось это довольно редко, так как потребность в арбалетах, топорах удавалось восполнить с помощью замковых мастерских.
Кроме оружия мобилизационного характера, деньгами Ордена оплачивалось также оружие, предназначенное для чиновников Ордена. Такое вооружение было наивысшего качества и новейшей конструкции.
Важным центром производства вооружения был Гданьск. В этом городе в 1399-1409 годах работало, по меньшей мере, трое оружейников, выковывавших шлемы и латы. Наиболее известным из них был мастер Генрих Падеберг, у которого в 1409 году за 100 гривен купили 37 шлемов, 21 кольчужный панцирь, одну кирасу и пять кольчужных подолов.
Орден часто покупал вооружение в этом городе, а посредником между ремесленниками и великим комтуром, который финансировал эти закупки, был гданьский замковый комтур.
Большим спросом среди орденских братьев пользовались изделия мастеров из Эльбинга. В этом городе была мастерская, известная во всей Пруссии, по производству луков и арбалетов. Она принадлежала мастеру Петеру. Известностью также пользовался местный мастер, делающий шлемы. Его изделия заказывал сам Конрад фон Юнгинген для себя и для подарков, например, для князя Витовта.
Счета Ордена содержат информацию, что в Эльбинге покупались также щиты. Например, в 1407 году их было приобретено 132 экземпляра.
Кольчуги и арбалеты производились в городе Торуне.
Мастерские, производящие оружие находились и в других городах Пруссии: Кёнингсберге, Хелмне, Браневе.
Орден приобретал оружие и за границей. Письменные источники свидетельствуют об импорте мечей из Австрии, арбалетов из Швеции, луков из Венгрии и Руси.
Городские мастера также являлись поставщиками оружия для других категорий комбатантов. Оружие, купленное в мастерских специалистов, становилось основой для рыцарского вооружения в Европе. Аналогическая ситуация была и в Пруссии. Также в городах приобретали вооружение и низшие слои населения, за исключением оружия, которое мог изготовить обычный кузнец, например, топоров, наконечников сулиц, стрел. Некоторое несложное в изготовлении оружие, простейшие щиты и цепы, крестьяне могли изготовить и сами.

_________________
Living history community "Die stadt Elbing 1360-1410"
Ska, piwo, halabardy!


Последний раз редактировалось Ugni 09-03, 12:57, всего редактировалось 4 раз(а).

Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 03-01, 16:35 
Не в сети
главбюргер
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15-08, 16:34
Сообщения: 7042
Откуда: Brzesc, Bialorus
3. Действительно закованные в сталь?

Любители исторических романов помнят пана Лонгина Подбипенту, одного из главных героев романа "Огнём и мечом" Г. Сенкевича. Этот литовский шляхтич, человек "такого высокого роста, что головой доставал почти до потолка" носил "меч крестоносца такой длинный, что доходил ему до подмышек". Этот меч - Сорвиголова, передаваемый по наследству предками, которые добыли его под Грюнвальдом, был такой тяжёлый, что другой герой романа - Ян Скшетусский, славившийся своей силой, взяв его в руки - "не мог им свободно владеть".
Какой же силой должен был обладать тот крестоносец, для которого был сделан этот меч! А если он имел такой меч, то, наверное, и вооружение у него было из толстых железных пластин, как и его конь - должен рассуждать читатель трилогии. И если брать во внимание информацию, содержащуюся в романе, то этот вывод полностью правильный. Но верный ли? Во времена Сенкевича это определённо не подвергалось бы сомнению. Писатель, как установили литературоведы, опирался при написании своих книг на авторитетных учёных. Но эти учёные, как установлено теперь - ошибались. Существовало для этого две причины: в XIX веке не было хорошо изучено средневековое вооружение не только крестоносцев, но и польское. Вторая причина вытекает из глубокого предубеждения, укоренившегося в мыслях простых людей, а также, среди некоторых учёных, что крестоносцы - это люди полностью закованные в сталь, по вооружению полностью превосходящие своих польских и литовских противников. А если так, стоит ли тогда забивать себе голову различными исследованиями, которые ничего нового не приносят, подтверждают очевидное?
Ещё недавно каждый средневековый меч, найденный в Польше, называли "мечом крестоносца" - это мнение издавна базировалось на другом произведении польской литературы - "Пан Тадеуш" Адама Мицкевича. В нём упоминается "тевтонский меч из норембергской стали". А если откроем текст поэмы "Гражина", что прочитаем о немецких кнехтах?:
Всех наших выше, больше в теле;
В железе все от головы до стоп;
И каждый в битве кнехт - мастер великий;
И лучше нашего владеют пикой.
Вернемся, однако, во время ближе к нашему и обратимся к мнению современных историков. Стефан М. Кучинский, автор обширнейшей и новейшей в польской литературе работы на тему Великой Войны 1 409-1 411 годов писал: "армия польско-литовская была большей, но войско Ордена было лучше вооружено" или "пехота Ордена была лучше обеспечена боевым снаряжение: и у неё была лучшая броня и оружие", а под Грюнвальдом крестоносцы это "стальная стена всадников". Превосходство вооружения крестоносцев над польским описывают и другие известные историки, например Карл Гурский.
Немецкие историки пишут просто: "походы на Литву были лишь рыцарским развлечением" или "для рыцарей они были ничем иным, как радостной охотой". В этих мнениях не найти хотя бы признания военного искусства литвинов и их вооружения.
А что мы найдём в научно-популярной литературе? Зачитываем фрагмент из книги "Крестоносцы" Яна Тушкевича и Карла Моравского, которая до 1980 года издавалась три раза. Авторы пишут: "Боевые кони крестоносцев, особенно с конца XIII века отличались ростом, силой и мощным сложением. Они могли нести на себе рослого рыцаря вместе с бронёй, шлемом, оружием, а также защитное вооружение для лошади". А ведь снова видим "рослого крестоносца", который может владеть мечом, вроде Сорвиголовы. Или снова вернёмся к трилогии Г. Сенкевича. Интересно, что писатель через 25 лет в повести о временах Грюнвальдских вооружил монахов-рыцарей в броню не лучшую и новейшую, чем та, которой располагали разные Мацьки, Збышки и другие польские рыцари. Грюнвальдская победа выглядела бы гораздо эффектней, если бы была достигнута с помощью худшего оружия. Генрих Сенкевич не допустил в своём романе "Крестоносцы" такой ошибки.
Действительно ли не подвела писателя интуиция, не должен ли под взглядами некоторых учёных подчеркнуть превосходство вооружения крестоносцев над вооружением их противников? Попытаемся ответить на этот вопрос.
Занимаясь изучением вооружения крестоносцев, описанием шлемов, брони, щитов, мечей и арбалетов мы должны осознавать, что экипировка является лишь инструментом! Правда, специфическим, иногда хорошо украшенным, эффектным и дорогостоящим, но инструментом. Оно имеет практическое значение, служит для сражения и сконструировано с мыслью, что оно будет исполнять боевую, узко ограниченную задачу. Оружие должно поражать противника и защищать от его ударов. Если оно не соответствует этим требованиям, то это ни кому не нужный предмет, не заслуживающий названия оружия.
Подчёркивание практического назначения оружия и вынуждает нас утверждать, что, как и другие творения человеческих рук, как примитивные, так и сложные, подвергаются изменениям, эволюции, приспосабливаются к изменяющимся условиям, в которых действуют люди, пользующиеся ими.
Вооружение должно служить, как для атаки, так и для защиты. Не жалея труда для того, чтобы придать ему более высокие качества, люди всё время старались сконструировать новые, каждый раз более совершенные средства для боя, а появление такого рода оружия вызывало желание сконструировать наилучшую защиту от него.
Более совершенное, и иногда по-другому использованное оружие, влияло также на способы ведения боя, и часто эти изменения были значительными. Примером может служить история европейского оборонительного вооружения.
Средневековые шлемы, броня, и щиты подвергались значительным преобразованиям, вызванные появлением новых и более совершенных типов наступательного оружия. Самым значительным, а возможно и важнейшим поводом для изменений оборонительного вооружения стало появление в Европе, начиная с XIII века, отрядов из бойцов преимущественно плебейского происхождения, для которых война была средством получения дохода. Первоначально этим людям не хватало мастерства и боевого опыта, поэтому они сражались чаще всего оружием, поражающим на дистанции: арбалет, лук, алебарда, копьё. Хорошо вооружённому рыцарству плебеи противопоставляли плотность своих рядов, солидарность в битве. "И не сарацины, не монголы, а свои же выходцы из нижних слоёв населения стали злейшим врагом европейского рыцарства" - пишет известный польский оружевед Анджей Надольский. Постепенно на полях сражений "нерыцарское" оружие начало играть ведущую роль.
Искусный лучник, стреляющий с огромной силой из большого лука, арбалетчик, хорошо управляющийся с арбалетом, а позднее стрелки из ручниц и гаковниц могли успешно пробивать рыцарское вооружение. Рыцарское вооружение должно было постоянно совершенствоваться. Путь к этому лежал через различные эксперименты. В результате чего возникло вооружение, состоящее из железных пластин, покрывающих всё тело, позволяющее свободно двигаться.
Глядя на вооружение крестоносцев, мы должны помнить о постоянно происходящих изменениях в европейской боевой экипировке.
Необходимо также иметь в виду, что крестоносец, прибывший в Пруссию в начале XIII века, был вооружён иначе, чем его собрат из эпохи Грюнвальда. Разъяснения требует также определение "воины Ордена". В это понятие входили помимо братьев-рыцарей и иных членов конвента, люди не связанные с орденской иерархией, но обязанные служить в войске за полученное ленное владение земли или вследствие обязательств, наложенных властями Ордена. К этой категории относятся также "гости" ордена и наёмники-иностранцы. Воины-иностранцы, как, например рыцари из Бургундии, Англии, Чехии не должны были сражаться на стороне Ордена, а делали это добровольно.
Годы, в которые крестоносцы прибывали в Хелминскую землю и начали процесс создания орденского государства, это период, в котором шлемы, носившиеся европейским рыцарством, характеризуется богатством форм. В XIII веке преобладали открытые шлемы, не закрывающие лица воина. Они имели форму, близкую к форме стога или полусферы. Купол выковывался из одного куска металла, либо собирался из нескольких частей, соединённых между собой железными полосками. Иногда для защиты лица шлемы снабжались наносником - небольшой прямоугольной пластинкой прикреплённой к куполу шлема, либо составляющая со шлемом единую часть. Внутри шлем снабжался для защиты головы бойца мягкой подкладкой, крепящейся изнутри к краю купола.
Помимо этих особенностей шлемов, которые имеют ещё раннесредневековою форму, появляются новые типы защиты головы. Это были шлемы с куполом, немного наклоненным вперёд, напоминающие колпак "фригийской" формы, а также экземпляры с немного уплощённой вершиной и немного продлёнными стенками купола, что обеспечивало лучшую защиту шеи воина. Наряду с этими типами шлемов рыцари западной Европы использовали шлем, закрывающий всю голову целиком в форме горшка. Он являлся чисто рыцарским атрибутом, имел эффектный и в тоже время грозный вид. Поэтому его очень часто изображали иконографические источники, а вовсе не потому, что этот тип шлема доминировал на протяжении XIII - первой половины XIV веков.
В XIII веке горшковые шлемы принимают цилиндрическую форму с плоским куполом. Шлем изготавливался из нескольких частей, соединённых между собой. Спереди находилась единая либо двойная щель для обзора, а также отверстия для дыхания. Этот шлем носили на специальном тканевом подшлемнике с валиком вокруг головы, предназначенный для лучшей фиксации шлема на голове. Иногда поверх подшлемника одевался кольчужный капюшон. Шлем также снабжался подкладкой, крепящейся к пластинам купола для защиты головы от ударов.
Несмотря на свои преимущества, горшковые шлемы имели и ряд недостатков: они значительно ограничивали обзор, затрудняли дыхание, а также, были достаточно тяжелы. При этом они хорошо защищали голову. Их прочность была обусловлена строением - благодаря этому удары не соскальзывали на плечи и руки воина.
В начале XIV века были предприняты попытки устранить некоторые недостатки посредством увеличения размеров шлема, благодаря чему шлем опирался на плечи рыцаря; немного изменилась его форма.
Эти меры не сильно помогли и к середине XIV века горшковые шлемы выходят из употребления и стали выполнять парадные репрезентативные функции, либо использовались в качестве турнирного снаряжения. Для этого шлемы украшались геральдическими фигурами в виде крыльев, рогов, голов животных и т.д. горшковые шлемы украшались и полосками ткани, часто совпадавшими с цветом герба рыцаря. Часто они носили чисто практическое значение - предохраняли шлем от перегрева на солнце и защищали от грязи и дождя.
Горшковые шлемы без сомнения были распространены в орденских войсках. Об этом свидетельствуют письменные источники и иконография. В актах польско-орденского процесса, проходившего в Варшаве один из свидетелей - Ян из Киселева в 1 331 году на вопрос узнал ли он и запомнил нападавших на него рыцарей ответил, что видел множество крестоносцев, но не мог видеть их лица, потому что на них были закрытые шлемы.
Горшковые шлемы мы могли видеть на печатях Ордена, на миниатюре из "Апокалипсиса Тевтонского Ордена", а также на верхней части колонны, находящейся сейчас в Мальборке, представляющей сцену битвы между крестоносцами и пруссами. На рыцарях Ордена можно увидеть как раз такие шлемы.
С уверенностью можно утверждать, что братья Ордена не носили на шлемах личных гербовых фигур. Их роль исполняли небольшие флажки из белой ткани с нашитыми на них чёрными крестами. О таких флажках говорил на упомянутом процессе приор доминиканцев из Серадза - Николай.
К сожалению, нельзя в полной мере ответить на вопрос насколько горшковые шлемы были распространены в Пруссии и носили ли их все члены конвентов. Можно с уверенностью сказать, что ими не располагали служебные братья ордена. Ими были вооружены, скорее всего, только братья Ордена, а также некоторые рыцари, находящиеся на службе Ордена, обязанные выставлять во время войны определенное количество бойцов. Эти рыцари помещали на шлемы свои собственные эмблемы и гербы.
Подданные Ордена прусского происхождения, составлявшие часто значительную часть орденских отрядов, отправлялись в походы в Польшу и Литву, как упоминают письменные источники, носили шлемы, называвшиеся "pruschehelm" или прусский шлем. Это были стожковые шлемы, сделанные из железных прямоугольных пластинок, прикреплённых к кожаной основе. Шлемы такого вида упоминаются на территории Византии в XII веке.
В этот период на территории Пруссии были распространены также капелины, однако отсутствует информация об их виде и конструкции. О них говорят единичные упоминания в документах Ордена. Скорее всего, они не отличались от тех, которые использовались в Европе того времени.
Заканчивая описание видов защиты головы, распространенных в войсках ордена, стоит вспомнить о кольчужном капюшоне, который когда-то являлся самостоятельным видом защиты головы. Он носился под шлемом, плотно прилегающим к голове и обеспечивающим защиту шею и плечи воина.
Единственным видом вооружения, употреблявшимся в это время в орденской Пруссии, были панцири. В сегодняшнем понимании этого слова "панцирь" можно определить как защиту для туловища, сделанную из железных пластин. Однако это не соответствует давней польской терминологии, в которой под "панцирем" называли только эластичную, гнущуюся защиту тела.
Наиболее распространенным был кольчужный панцирь, сделанный из множества соединённых между собой колец. Кольчугу надевали на подбитый паклей, конским волосом, хлопком либо простёганный подкольчужник из ткани или из кожи.
В первой половине XIII века кольчугу покрывало Surcot или Wappenrock, доходившие до колен и имевшие разрез спереди и сзади, либо с боку. Можно предположить, что покрытие вооружения одеждой из ткани - результат войн в Палестине.
Кольчужное вооружение в XIII - XIV веке покрывало практически всё тело воина. Кольчужные чулки, достаточно редкие в более ранний период, в это время получают широкое распространение. Кольчуга имела длинные рукава, к которым крепились кольчужные рукавицы, имевшие разрез на внутренней стороне ладони. Зачастую к кольчуге крепился кольчужный капюшон.
Кольчужные панцири были достаточно распространены в Пруссии, как и в остальной Европе. Иконография многократно изображает кольчуги, в которые одеты воины Ордена. О них говорят также письменные источники, в которых рядом с латинским названием "Lorica" её обозначает также термин "Panzer".
К панцирям следуют причислить вооружение их железных пластин, приклёпанных клёпками к основе из плотной ткани или кожи. Пластинки либо соприкасались краями, либо заходили одна на одну. Такой панцирь был менее эластичен, чем кольчуга, но лучше защищал от ударов, пластины часто отрывались от основы. Эти панцири также нередко использовались в Пруссии и назывались "Bronye". "Bronge", "Bruninge".
Можно судить о том, что их носило, главным образом, местное рыцарство. Некоторые нормативные акты Ордена обязывали вассалов отправляться в поход в кольчуге либо в пластинчатом панцире.
Очередным типом вооружения, популярным в Пруссии были латы. О них упоминалось при оговорке военных обязанностей подданных Ордена. В письменных источниках это вооружение называлось "Plate" или "Plathe". Их носили как с кольчугой, так и самостоятельно.
Неотъемлемым элементом вооружения воина был щит. Он изготавливался из досок и покрывался кожей либо холстом. На внутренней стороне находились ремни. Щиты носили воины всех категорий.
Рыцари имели щиты треугольной формы. Рыцари Ордена помещали на них постой чёрный крест. Характерным для войск Ордена был щит, называвшийся "прусским" или малой павезой. Он был из дерева и кожи с характерным жёлобом сверху до низу. "Прусские" щиты использовались местными балтскими племенами и были взяты на вооружение Орденом. Эти щиты носили не только простые пехотинцы, но также рыцари и высшие чины Ордена. С таким щитом изображён на надгробной плите магистр Ордена Генрих фон Дусмер, умерший в 1 351 году. О популярности "прусских" щитов в войсках Ордена свидетельствует и материалы польско-орденского процесса 1 339 года. Один из свидетелей утверждал, что распознал орденских рыцарей потому, что они носили "прусские" щиты. Следует вспомнить, также о единственном сохранившемся орденском щите. Это церемониальный щит, который использовался во время торжеств, принадлежавший Великому Магистру Карлу фон Тревиду. Этот щит имеет овальную форму, немного расширяющийся к верху. На нём изображён полный герб Великого Магистра со щитом, шлемом и нашлемной фигурой. По краю щита имеется латинская надпись "Щит со шлемом Магистра Ордена Братьев Немецких".
Меч играл в жизни средневекового рыцарского общества важную роль. Это было не только оружие, а также атрибут власти. Его индитифицировали с особой владельца, давали имя, использовали во время обрядов светских и церковных
Важнейшей частью войск Ордена была конница, ряды которой составляли вместе с братьями-рыцарями местные феодалы-землевладельцы. Конница носила ярко выраженный рыцарский характер. Ничего удивительного, что меч занимал в её вооружении важную позицию.
Статут Ордена повелевал братьям-рыцарям следить за своим мечом и запрещал расставаться с ним даже в своём замке.
Средневековые мечи развивались в тесной взаимосвязи с эволюцией защитного вооружения. Первоначально, когда основной защитой была кольчуга, они служили, главным образом, для рубящих ударов. Однако с момента появления пластинчатого защитного вооружения, такими мечами сложно было их пробить. В Пруссии XIII - начала XIV века использовались мечи, сконструированные по первому пути развития - был увеличен размер меча, а, следовательно - его вес и сила удара. Такие мечи имели большую энергию удара и были более эффективны в бою.
Аутентичные мечи, найденные на территории Пруссии имеют значительную длину, доходящую до 130 см. и рукоять, приспособленную для держания меча двумя руками. Лезвие меча обычно массивное и широкое. Оружеведы причисляют их к так называемым "большим мечам".
В начале XIV века в Пруссии появились мечи, являющиеся их непосредственными последователями, а именно, мечи позволяющие наносить уколы. Лезвие также длинное, как и у более ранних экземпляров, сужающееся к острию и имело шестигранное сечение. Благодаря этому воин мог пробивать места соединения пластин панциря. Добавим, что орденские мечи ничем не отличались от мечей, использовавшихся в странах центральной и северной Европы. Они были типичны и по конструкции и по технике изготовления.
В войсках Ордена, как и в других европейских армиях этого периода, использовались и другие типы вооружения. На поясе носили короткие стилеты с одно- или двухсторонней заточкой лезвия. Они имели трёхгранное или ромбовидное сечение. Стилетом можно было пробить кольчугу или место соединения пластин панциря, а также, стилет служил для добивания противника, посредством чего избавляли его от стыда и мучений. Поэтому стилеты носили название "Misericordia" (кинжал милосердия). Иногда стилет служил удобным оружием для убийства - от руки монаха, вооруженного стилетом пал Великий Магистр Ордена Вернер фон Орсельн.
Следующий вид рубящего оружия - это корды и тесаки. Корды, или длинные кинжалы с длинным и прямым лезвием имели легко утолщённую рукоять, окладки которой скреплялись заклёпками. Подобным оружием был и тесак. Он имел лезвие с односторонней заточкой, прямое или легко выгнутое. Рукоять была, как и у мечей. Корды и тесаки были преимущественно плебейским оружием, однако существуют миниатюры, изображающие рыцарскую конницу, вооружённую этим видом оружия (миниатюры иллюстрирующие сказание об Александре Великом (1 338-1 344 года)). Ими были вооружены пехотинцы, арбалетчики, городское ополчение, слуги. Однако на территории Пруссии до недавнего времени не было найдено ни одного экземпляра тесака или корда, хотя это оружие было довольно популярно в Европе того времени и трудно допустить, что земли Пруссии были в этом отношении исключением.
Единственным видом древкового оружия, которым сражались воины Ордена - это сулицы и копья, во второй половине XIV века широко начинает применяться алебарда.
Сулица была также распространена в более раннее время во всех европейских странах. Трудно определить чёткую границу между копьём и сулицей. Сулицу использовали как пешие, так и конные воины. Копьё же являлось типичным оружием всадника. Древко сулицы было длинной около 150 см. На него одевался наконечник ромбической формы, либо в форме удлиненного треугольника. Иконографические источники на территории Пруссии изображают пеших и конных воинов, вооружённых сулицами, а уже упомянутые колонны из Мальборка - братьев-рыцарей, сражающихся этим оружием с язычниками-пруссами.
Копьё отличалось более длинным древком и более массивным наконечником.
С конца XIII века копьё снабжалось щитками, предохраняющими руку. Копьё играло важнейшую роль в вооружении рыцаря, и было оружием первого удара. От этого вида оружия произошло название наименьшей организационной единицы рыцарской конницы.
Весьма вероятно (хотя и источники не упоминают об этом), что в войсках Ордена сражались и топорами. Топор служил скорее плебейским оружием: ими были вооружены крестьяне и горожане.
Лук - весьма распространенное в средневековой Европе оружие: оружие пехотинца. Иногда ими были вооружены лёгкие всадники. Немного можно узнать о значении этого вида оружия в орденском войске. Можно предположить, что ими были вооружены пруссы по происхождению и крестьяне. Навыками стрельбы из лука владели некоторые братья-рыцари, так как упражнения в стрельбе были предусмотрены орденским Уставом.
Более распостроненным оружием был арбалет. Во второй половине XIII века - начале XIV века преобладали экземпляры со стременем в передней части ложа. На поясе арбалетчика висел специальный крюк для натяжения тетивы.
Арбалетами были вооружены стрелки из орденских отрядов, а также горожане. В Ордене имелись целые отряды, состоящие из арбалетчиков. Командиры таких отрядов звались "Magister Sagattariorum".
Снаряжение всадника не является вооружением, но, тем не менее, в кавалерии играет существенную роль. Оно упрощало управление лошадью, частично предохраняло всадника. В оговариваемом периоде седло всё больше приспосабливалось к условиям боя на древковом оружии. Высокие луки седла обеспечивали хорошую опору, благодаря чему всадник мог произвести сильный удар и удержаться в седле. Седло защищало нижнюю часть туловища от поражения оружием противника. Под седло обычно клали чепрак из грубой ткани. К седлу крепились длинные путлища, на которых держались стремена. Ездили в таком седле, вытянув ноги в перёд на всю длину. Управляли лошадью посредством уздечки, состоящей из наголовья, мундштука и поводьев. Такая сбруя была у лошадей, предназначенных для конных сшибок. Члены свиты рыцаря и другие бойцы, которые не пользовались древковым оружием, ездили в сёдлах с меньшими луками. Рыцари, согласно с общеевропейской модой того времени, одевали на лошадь попону из ткани.
Специальный доспех для лошади в этот период ещё не использовался не только в Пруссии, но и во всей Европе.
Мы рассмотрели вооружение, использовавшееся в орденском войске до середины XIV века. Какие можно сделать выводы исходя из рассмотренных видов и особенностей вооружения?
Можно утверждать, что в рядах Ордена не было людей "закованных в сталь". Их попросту не могло быть, так как в то время пластинчатый доспех только-только начал развиваться. Грудь и плечи воина вооружённого новейшими достижениями мастеров-оружейников частично закрывали ещё не большие покрытия из кованого железа, конечности покрывало кольчужное защитное вооружение, колени и локти были закрыты простыми чашеобразными наколенниками и налокотниками. Полная пластинчатая защита для конечностей появилась около 1 350 года, а распространение получило позднее.
Вопреки сложившемуся мнению, орденское вооружение в интересующую нас эпоху формировалось не только под влиянием западноевропейского вооружения: например, павезы - оружие местного балтского происхождения. Они были распространены в Орденском войске достаточно широко. Эти павезы и "прусские" шлемы свидетельствуют о более сложном составе вооружения Ордена, которое состояло не только из элементов западноевропейского происхождения.
Сейчас речь пойдёт о вооружении, которое использовалось войсками Ордена непосредственно перед Великой Войной 1 409-1 411 годов. Важно будет напомнить, что этот период в деятельности тевтонских рыцарей-монахов самый превосходный. Милитарные усилия "прусских рыцарей" достигли своего пика и, по мнению руководителей Ордена "всё было готово для победоносной расправы с польско-литовской коалицией". В эти годы в орденском войске ещё использовались "прусские" шлемы, а шлемы горшковые вышли из употребления окончательно в середине XIV века.
Большой популярностью в орденском войске пользовался капелин. Недалеко от города Торуня, на территории рыцарской усадьбы в Плементах был найден капелин, датируемый первой четвертью XV века. Он состоял из двух частей: полусферического тянутого купола и приклепанной нижней части. По внешнему виду шлем напоминает конус с закруглённой вершиной. Преимущественно этот вид шлема носили пехотинцы, стрелки и беднейшие рыцари. Стоили они довольно дёшево, что привело к широкому распространению этих шлемов в орденском войске.
В начале XV века в широкое употребление входит бацинет, являющийся конечной ступенью развития стожкового шлема. Он закрывал затылок и шею бойца, на нижнем крае шлема имелось крепление для кольчужной бармицы, которую без труда можно было отделить от купола. Чаще шлемы выковывались из одного куска металла, либо из двух симметричных частей. Этот шлем хорошо защищал голову, имел небольшой вес, не затруднял обзор.
Орденские иконографические источники многократно изображают эти шлемы. Их можно видеть не только на рядовых рыцарях, а также на высших орденских чинах.
Во второй половине XIV века в Пруссии появляется шлем с подвижным забралом, который назывался "прилбица". По сути, это тот же самый бацинет, улучшенный добавлением забрала. На более ранних вариантах вместо забрала присутствовал наносник, который нижним краем крепился к бармице, а верхним - к шлему при помощи специального крепления. Забрала имели полусферическую, либо коническую форму с отверстиями для обзора и дыхания. Шлем с забралом конической формы назывался "Husgugel", а шлем с полусферическим забралом - "Klappvisier". Такой шлем был найден во время строительных работ в Ольштыне. Часто подобные шлемы можно видеть на иконографических источниках. Такие шлемы носили наиболее состоятельные рыцари. В орденских арсеналах они появились довольно поздно и в небольших количествах.
Интересной разновидностью шлемов, которыми пользовались люди, служившие в армии Ордена, был шлем под названием "Pekilhube". Этот шлем состоял из цилиндрической части и верхушки, имевшей вид шпилеподобного конуса с вогнутыми боками. К нижней части шлема крепилась бармица. Такой шлем был найден на территории Хелминской земли. В верхней части цилиндра с боков имеются крепления для забрала, однако невозможно с точностью установить, как оно выглядело. Интересно, что в странах Западной Европы шлемы такого типа не встречаются. Исключение - изображение воина в подобном шлеме из собора города Фрайбурга, датированное 1 340-1 350 годами. Предположительно, этот тип шлема возник на балтском культурном пространстве.
Обзор шлемов, использовавшихся в армии Ордена в этот период приводит к выводу, что это были шлемы различных типов, конструкции и происхождения. Воины Ордена использовали шлемы как выходящие из употребления в странах Западной Европы, так и новейшие образцы. Отряды Ордена были вооружены шлемами известными в странах латинской культуры, но также были широко распространены виды вооружения неизвестные на Западе.
Кольчужные панцири оставались в использовании довольно долго. Однако они были уже не единственной защитой для туловища и конечностей. На неё могли надевать пластинчатый панцирь. Возможно, члены рыцарской свиты - стрелки, копейщики носили помимо кольчуги пластинчатую защиту для рук и ног. Копейщики чаще всего располагали более современным и совершенным вооружением, чем стрелки. Довольно значительное количество вооружения в армии Ордена было в начале XV века сильно устаревшим. Им были обеспечены мелкие феодалы, горожане, свободные крестьяне, а также пруссы, состоящие на службе у Ордена. Об этом свидетельствуют не только письменные упоминания, а также результаты раскопок. В многократно упоминавшемся уже городе Плементы, уничтоженного в 1 414 году, были обнаружены остатки пластинчатой защиты для туловища, которая состояла из 33 пластин нагрудника, приклёпанных к кожаной или суконной основе. Спина пластинчатой защиты не имела. Остатки защиты для рук или ног не были обнаружены, что совсем не удивительно. В Плементах были найдены остатки типичной рыцарской усадьбы того времени, которых на территории Пруссии было во множестве. Ведь даже после Грюнвальдской битвы некоторые конные бойцы располагали достаточно простым и примитивным вооружением. В это время в Европе получают распространение доспехи, состоящие целиком из пластин. Этот тип вооружения на рубеже XIV - XV веков распространяется во всех странах западной Европы. Появляются цельные, а затем и составные кирасы. Первоначально кираса состояла только из нагрудника. Внизу кирасу дополнял подол из горизонтальных пластин, заходящих одна на одну. Такая конструкция была довольно подвижной. Иногда чтобы предохранить кирасу от воздействия влаги и грязи её покрывали цветной тканью. Такая кираса, датируемая 1 400 годом, хранится в Мюнхенском музее. Она состоит из нагрудника, наспинника и подола. На территории Пруссии такие кирасы также известны, о чём свидетельствуют письменные источники, где они носят названия "Brust" или "Brostblech". Об этом свидетельствует и иконография. В 1 403 году в мальборкском арсенале находилось 763 экземпляра, а в 1 405 - уже 1 053 экземпляра этого вида вооружения. Однако следует иметь в виду, что на остальной территории Ордена пластинчатые кирасы составляли лишь незначительную часть защитного вооружения, находящегося в арсеналах замков.
Не подлежит сомнению, что в начале XV века простые нагрудники и пластинчатые панцири, в отличие от кирас носили все категории воинов, составлявших вооружённые силы Ордена. Этот вид вооружения был довольно дешёвым, производился в достаточном количестве, был прост в изготовлении - не требовал от оружейника специальных навыков и оборудования. С момента появления кирасы можно говорить о появлении полного металлического доспеха, который полностью закрывал тело рыцаря, хотя защита из пластин для рук и ног была сконструирована раньше, чем кираса.
В начале XV века руки воина защищали соединённые между собой двухстворчатый наруч, налокотник, наплечная пластина. Кисти рук защищали латными перчатками. Полную защиту ног составляли: набедренник, наколенник, наголенник и железный башмак.
Был ли широко распространен в войсках Ордена полный пластинчатый доспех? Скорее всего, нет, так как владельцами такого доспеха могли быть братья-рыцари и крупнейшие светские феодалы. Члены рыцарских отрядов редко располагали пластинчатой защитой рук и ног. Этот тезис подтверждают списки арсеналов, в которых, как упоминалось, хранилось мобилизационное вооружение. В начале XV века в арсенале замка Рагнит хранилось 18 разнообразных защит для туловища, 29 шлемов, 15 пар защиты ног, 3 пары защиты для рук, 10 пар стальных перчаток. Из этого количества доспехов можно было собрать только 3 полных комплекта.
Упоминания о вооружении служебных братьев информируют, что эти люди имели шлемы, кольчуги, иногда пластинчатые панцири и кирасы, защиту для рук. Однако не упоминается о том, что они располагали защитой для ног. Подобным было вооружение и у воинов городского ополчения. Рыцари, имевшие шлем, кирасу, защиту для рук и ног, часто изображаются в иконографических источниках, однако не они, как известно, определяли характер вооружения войск Ордена.
Вооружение, развивавшееся в Пруссии в эпоху Грюнвальда, является типичным для тогдашней центральной и западной Европы. Это означает, что в орденском государстве происходили процессы развития защитного вооружения, которые охватывали страны, принадлежащие латинскому миру.
Все типы вооружения, существовавшие в Пруссии, имеют приближённый к общему для всей Европы хронологический горизонт своего появления и нельзя говорить об огромном опережении в отношении тех же Польши и ВКЛ. Нет также оснований считать, что всё вооружение, использовавшееся в начале XV века рыцарями и братьями Ордена, было проявлением новейшей моды Запада. Даже если речь идет об орденской иерархии, то значительным упрощением кажется утверждение, что вооружение этих людей является "выражением рыцарской культуры Ордена", как писали некоторые немецкие историки. Сведения, на которые опираются подобные суждения, не позволяют подчеркнуть далеко заходящие особенности оружия "прусских рыцарей".
Уже упоминалось о значительной разнородности защитного вооружения для туловища и конечностей в конце XIV - начале XV веков. Это были панцири кольчужные и пластинчатые, кирасы.
Интересно, что некоторые из них находились в орденских арсеналах ещё во второй половине XV века. Это явление является иллюстрацией не совсем современного характера вооружения в орденской армии.
Вернёмся к вопросу, поставленному в начале рассказа о вооружении Ордена в предгрюнвальдские времена. Не было найдено ни каких оснований, чтобы назвать орденское войско "стальной лавой всадников", а всех воинов наречь "закованными в сталь". Эти термины могут использоваться в отношении рыцарей, и то не всех, а только под конец XV века, когда оружейники достигли пика своих возможностей.
В начале XV века щиты были важной составляющей защитного вооружения. В сравнении с более ранним периодом, щиты всадников не подверглись значительным изменениям. Повеза получает всё большее распространение. Об этом свидетельствует одно из редких иконографических изображений великих магистров: на золотом дукате, датируемом 1 411 годом изображён Генрих фон Плауэн со всеми атрибутами своего положения, держащий в руке малую павезу.
Помимо малых повез, использовались большие повезы, которыми была вооружена пехота. Орденские письменные источники называют их "Stormtartschen". Пехотинцы были вооружены также повезами средних размеров, которые изготавливались из дерева, обтягивались кожей и расписывались меловыми красками. Много таких щитов хранилось в арсеналах. В 1 391 году в Мальборке хранилось 2 150 подобных повез.
В период непосредственно перед Великой Войной в орденском войске использовались мечи как более ранней типологии, так и новейшие образцы. В дальнейшем преобладали мечи универсального назначения. В руках воинов Ордена появились мечи, сохраняющие возможность рубить, приспособленные главным образом для пробивания доспеха в местах соединения пластин. Об этом говорит их конструкция: узкое лезвие, шестигранное у перекрестия, четырёхгранное возле острия. К подобному типу мечей относятся экземпляры, длинной более 150 см., которые предназначены в основном для рубящих ударов. Эти мечи имели широкое плоское лезвие, использовавшиеся преимущественно пехотинцами. Такие мечи появились не только в Пруссии, а также в странах центральной и северной Европы, не исключая и Польши.
Можно говорить о каком то типе орденского меча? Ответ не составляет трудности! Определенно нет! То, что производили в кузницах Пруссии - лезвия и готовые мечи, целиком укладывалось в общеевропейские каноны. Нет также основания, чтобы говорить о стандартизации этого оружия среди воинов Ордена, даже среди братьев-рыцарей. Известно, что члены Ордена происходили из разных немецких земель. В Германии в XIV и XV веках существовало несколько центров по производству мечей, и наиболее известными были в то время мастера из Нассау, Норемберга, Залингена. Изделия этих мастеров пользовались спросом во всей Европе. Орден импортировал мечи из различных европейских стран. Об этом свидетельствуют письменные источники. Интересным является также факт, что из трёх известных по имени мастеров-оружейников, работавших в Мальборке в начале XV века, по крайней мере, двое не были немцами. Мастер Ильяш происходил, вероятно, из ВКЛ, а Нвноке был пруссом.
Большое количество разных типов мечей, использовавшихся в то время в Пруссии, не удивляет, так как это было общеевропейским явлением. Для сравнения необходимо добавить, что в Польше в XIV - XV веке по последним исследованиям оружеведов, использовались, по меньшей мере, 10 типов мечей, в Венгрии - 7, в Чехии - 11.
Во второй половине XIV века и в начале XV века мечи носили на кожаной перевязи. Как известно, братья-рыцари не могли иметь украшений, однако действительность нередко шла в разрез с суровыми нормами статута Ордена. Письменные источники информируют нас о том, что перевязи часто украшались золотыми и серебряными накладками. Кроме обычных мечей братья-рыцари носили, хотя это и было запрещено правилами, очень богато украшенные мечи, являющиеся парадными или церемониальными. Их владельцами были преимущественно высшие должностные чины Ордена. Ульрих фон Юнгинген заказал в 1 408 году серебряные накладки на рукоять и на ножны. До избрания Великим Магистром Ульрих фон Юнгинген был войтом самбийским и, получив пост Великого Магистра, пожелал иметь меч, достойный своего нового положения.
В литературе по истории оружия, были предприняты попытки установить число мечей, находившихся в Пруссии в период Великой Войны. Принимая во внимание армию, сражавшуюся под Грюнвальдом, а также отряды, не принимавшие участия в битве, помня о мечах находившихся в арсеналах городов и замков можно предположить, что рыцари, а возможно и другие категории бойцов располагали не одним экземпляром этого оружия. По оценкам учёных количество мечей составляло несколько десятков тысяч. Приблизительно такой же численностью мечей располагали войска Королевства Польского и ВКЛ, сражавшиеся на Грюнвальде. На это указывают результаты аналогичных подсчётов для польских земель.
Остальные виды оружия, использовавшиеся орденским войском, не изменились в сравнении с более ранним периодом.
Сулицы с ромбовидными наконечниками продолжали использоваться вплоть до середины XV века. Ими сражались как пехотинцы, так и всадники. В это время в Европе, а также в Польше употреблялись более тяжёлые и длинные копья. Можно судить, что лёгкое древковое оружие в руках воинов составлявших часть отрядов рыцарской конницы - это результат балтского влияния на их вооружение, видимый и в других случаях.
В описании Грюнвальдской битвы Яна Длугоша можно найти интересную информацию, подтверждающую это мнение: приближающийся орденский отряд был принят польскими рыцарями за литвинов "из-за сулиц, которых у них было очень много".
Свидетельств летописца противоречит теории о типично западноевропейском характере всей орденской конницы, состоящей только из тяжеловооружённых копейщиков. Безусловность такого взгляда понятна и очевидна, если принять во внимание, что длинным копьём неудобно сражаться с подвижной легко вооружённой, старающейся избегать фронтального столкновения прусской конницей, а позднее со жмудской и литовской.
Большинство орденских отрядов формировалось в этот период из местного рыцарства обязанного служить Ордену. Часто они имели "прусское вооружение", составляющей которого была сулица.
Луки в руках воинов Ордена можно было встретить редко. Это было плебейское оружие, которым пользовалось местное прусское население. Луки также использовались рыцарством для охоты. Власти Ордена запрещали вывоз за пределы Пруссии тисового дерева. В некоторых арсеналах хранились и луки, хоть и в очень скромных количествах. Письменные источники подтверждают импорт луков из Руси и Венгрии.
На полях сражений преобладали арбалеты. Из предыдущего раздела известно, что они массово производились в Пруссии индивидуальными ремесленниками, а также в мастерских замков. Преобладали среди них экземпляры, натягивающиеся при помощи стремени и крюка, прикреплённого на поясе стрелка, хотя уже появляются арбалеты с механическим натяжением. Такие арбалеты назывались "Ruckarmbrste". О значительной роли арбалетов в войсках Ордена говорят арсенальные инвентари. В них перед Великой Войной хранилось 4 167 экземпляров арбалетов различных типов. Кроме мобилизационных запасов Ордена значительное количество арбалетов находилось в оружейных городов и рыцарских усадьб. Орден также часто нанимал арбалетчиков в разных странах Европы.
Заканчивая рассказ об арбалетчиках, стоит привести информацию о драматическом случае, который произошел в 1 404 году с одним из рыцарей Ордена. Расходная книга Ордена свидетельствует о выдаче из кассы конвента 1 гривны "господину Эглофу из Швеца, которому воткнулся в голову наконечник болта и который поехал в Эльбинг к лекарю". Жаль, что не известно при каких обстоятельствах это произошло, и вылечил ли он свою рану.
В начале XV века в Пруссии уже существовало ручное огнестрельное оружие. Но, к сожалению, о нём известно не много. Это были примитивные ручницы, называвшиеся в источниках "ручными пушками" или "пищалями". Крестоносцы стреляли из них во время Великой Войны, например во время осады, Родзыня в 1 410 году. Однако ручное огнестрельное оружие ещё не играло значительной роли на полях битв.
Большое значение имела в этот период артиллерия. Первое орудие появилось в Пруссии во второй четверти XIV века. Это было орудие, стрелявшее каменными или оловянными ядрами. Из прусских земель происходит бомбарда, хранящаяся сейчас в музее войска Польского в Варшаве, датированное началом XV века, найденное в руинах замка Куретник. Вероятно, она защищала переправу через Дрвенку, когда польско-литовские войска форсировали реку у этого замка. Артиллерия была применена и в Грюнвальдском сражении, однако из-за несовершенства оно не причинило больших потерь войскам союзников.
Стоит также вспомнить о защитном вооружении лошади. Пластинчатые доспехи должны были покрывать, по мнению некоторых историков и писателей, боевого коня рыцаря Ордена. Закованный в сталь всадник и такой же боевой конь должны были тяжестью своего вооружения проламывать ряды неприятеля. Этот образ эффектный, но не верный. В начале XV века в Пруссии конское вооружение было распространено, как и во всей остальной Европе, но круг его употребления был довольно узок. Доспехами были закрыты лошади высших чинов Ордена. Письменные источники упоминают только о двух: Великом Магистре и Великом Комтуре. Можно сделать вывод, что защитное вооружение на конях рыцарей, сражавшихся в радах Ордена, встречалось достаточно редко.
Попробуем теперь реконструировать внешний вид рыцаря Ордена начала XV века. Необходимо специально подчеркнуть, что анализ материалов аутентичных письменных источников, иконографических изображений вынуждает утверждать, что вооружение воинов составляющих вооружённые силы Ордена не отличалось стилистически и конструкционно от вооружения существовавшего в латинской Европе.
Прусский рыцарь имел меч, копьё либо сулицу, кинжал. Из защитного вооружения - шлем, щит, защита на тело и конечности. Это было разнообразное вооружение по качеству и новизне, которые зависели от состояния его владельца. Беднейшие рыцари не располагали полным комплектом пластинчатого доспеха. Принимая это во внимание невозможно говорить о какой-либо унификации вооружения.
Из прошлых разделов известно, что вооружение могло быть разнообразным: от кольчуги, дополненной пластинчатой защитой, до кирасы и полной пластинчатой защиты рук и ног. Голову защищали шлемы различных типов - капелины, "шаломы", "прусские шлемы", бацинеты с забралом и без.
Много информации о вооружении рыцаря из Хелминской Земли содержат археологические исследования в Плементах. Тут найдено вооружение, состоящее из двух капелинов, одной кольчуги, пластинчатого панциря, меча, кинжала, арбалета, топоров и сулицы. Найдены также элементы конской упряжи: стремена, шпоры, мундштуки. Это вооружение не было по тем временам новейшим. Можно также утверждать, что его владельцем был рыцарь не закованный "с ног до головы", так как во время раскопок не было найдено защитного вооружения для конечностей.
Оценивая типы вооружения использовавшегося войсками Ордена в конце XIV - начале XV века мы должны помнить о входящих в его состав элементах вооружения, имеющих балтское происхождение, а также об экземплярах из восточнославянских земель. Ещё раз напомню, что это типичное для средневековой Пруссии явление. Оружие имело тогда интернациональный характер. Поэтому не удивляет присутствие в важнейших арсеналах Ордена "прусских шлемов", южно-немецких мечей, скандинавских арбалетов, русских наплечников, венгерских луков. Не удалось обнаружить какого то типичного орденского оружия, не распространенного в латинской Европе, не считая балтских элементов оружия, заимствованных у пруссов. Это заимствование не является выражением отсталости в техническом отношении орденского оружия, а обычным явлением в боевой практике. Орденскими воинами были оценены достоинства прусского вооружения и, возможно, большая приспособленность к битвам на прусско - жмудско - литовском театре военных действий.

_________________
Living history community "Die stadt Elbing 1360-1410"
Ska, piwo, halabardy!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 04-02, 01:51 
Не в сети
главбюргер
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15-08, 16:34
Сообщения: 7042
Откуда: Brzesc, Bialorus
Несколько заметок о заимствованиях и Грюнвальде:

Цитата:
Об этом много много написано у Новаковского - сулицы(еще с 13 века) пикельхаубы, малые литовские (или прусские) павезы, зачастую местное архаичное снаряжение (бригантина из племент та же визби тока датировкой на начало 15 века), много много капалинов, вторые по численности в орденских арсеналах - стожковые (пикельхаубы), и так далее и тому подобное. То есть, Тевтонский орден (не считая гостей и наемников) был европейской периферией по доспеху и вооружению с сильным балтским влиянием. В этом и есть его своеобразие.


Цитата:
Zdecydowana większość armii Koronnej składała się z oddziałów rycerskich w których wedle danych podatkowych i socjologicznych za pierwszą dekadę XV wieku dominował układ 1 rycerz na 2 pocztowych plus jeden pachołek - czasami trzech pocztowych -. Pocztowi Koronii o czym wiemy z tych samych podatków oraz rachunków uzbrojenia to w znakomitej większości uzbrojeni w stylu zachodnim kusznicy. Rycerze Koronni to (źródła te same) zapewne w około 100 % kopijnicy i to 9 na 10 pełno zbrojni. Wyposażenie pocztowych w górnych strefach stanów średnich. Mieliśmy najwięcej procentowo średni zamożnej (czyli bogatszej) szlachty.

W armii Zakonnej stosunek pocztowych do rycerzy wynosił często 6 do jednego ale są spisane poczty z 11 pocztowymi (żródła te same) - przy czym Krzyżacy walcząc z Litwą i Żmudzią używali masowo typów uzbrojenia pasujących do tego rodzaju starć - jak to włócznie zamiast kopji, pawężki jeździckie, pikelheuby itd. itp - natomiast ich pocztowi w połowie służyli na zasadzie rozmaitych powinności wedle tzw. pruskiego wzoru, (uzbrojenie podobne jak na Litwie czy biedniejszym Mazowszu) - - mamy zatem około 5000 kopijników Koronnych na około 2000 kopijników krzyżackich z czego połowa ich kopijników wcale nie jest kopijnikami, a do tego 16 000 wcale zgrabnych zbrojnych pocztowych na 18 000 pocztowych z których tylko połowa przypomina pocztowych z zachodniej europy i używa kusz.


из цитаты выше (тема на фрехе посвященная Грюнвальду) выходит что польское войско в массе своей и по соотношению классических рыцарей (вооруженных копьем и в доспехе западноевропейского образца) было даже более европейским чем армия тевтонского ордена, насыщенная пикельхубами, малыми павезами, сулицами и рогатинами (за счет воинов служивших по т.н. земской службе и прусскому образцу). Почему кстати Длугош и упоминает момент когда поляки спутали приближающееся тевтонское войско с литовцами.

Расклад по Грюнвальду (по Nowakowski "O wojskach Zakonu Szpitala NMP".)

Цитата:
Przed Gruwaldem było w arsenałach zakonnych ogółem 4267 kusz (z reguły dla konnych, z kozią nogą) z 600.000 bełtów, 2026 hełmów, z reguły kapalinów, 2556 napierśników rozmaitych odmian (z reguły płaty). Tarcz odnotowano 2360, ale z tego 2150 to tarcze piechoty. Wskazuje to, że konni mieli walczyć strzelając z kusz, a tarcze uznawano dla nich za zbędne. Podobnie nie ma w arsenałach kopii, ani mieczy.


Орденская армия на Грюнвальде:

6000 военнообязанных по земской службе и ленам, конные.
2000 пеших из ополчений.
2200 рыцарей, сержантов, оруженосцев и воинов ордена.
1000 легковооруженных witingów
3712 наемников, из них 1237 рыцаря.
1000 гостей из Европы, в том числе 300 рыцарей.

_________________
Living history community "Die stadt Elbing 1360-1410"
Ska, piwo, halabardy!


Последний раз редактировалось Ugni 09-03, 12:44, всего редактировалось 1 раз.

Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 19-02, 02:11 
Не в сети

Зарегистрирован: 04-10, 20:39
Сообщения: 361
А польского оригинала не встречал?

_________________
http://gedygold.livejournal.com/


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 19-02, 02:45 
Не в сети
главбюргер
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15-08, 16:34
Сообщения: 7042
Откуда: Brzesc, Bialorus
По орденским арсеналам или по польскому войску?

_________________
Living history community "Die stadt Elbing 1360-1410"
Ska, piwo, halabardy!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 09-02, 11:36 
Не в сети
главбюргер
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15-08, 16:34
Сообщения: 7042
Откуда: Brzesc, Bialorus
Вооружение ополчения на землях Тевтонского Ордена 14 в., горожане, ленники и пр.

http://www.tforum.info/forum/index.php? ... ntry343525

_________________
Living history community "Die stadt Elbing 1360-1410"
Ska, piwo, halabardy!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 05-03, 17:02 
Не в сети
главбюргер
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15-08, 16:34
Сообщения: 7042
Откуда: Brzesc, Bialorus
Цитата:
«В то время когда Витовт готовился к широкомасштабной кампании против монголов, Тевтонский орден отправил к нему командора Рагнита Маркварда фон Зальцбах (Marquard von Salzbach) с несколькими рыцарями и более чем 300 воинами: согласно Иоганну фон Посильге, орден отправил hundert glenyen или Spiesse, что, возможно, обозначает группы от трех до четырех человек, вооруженных арбалетами. В других источниках упоминается контингент из пятисот человек, а также 1600 лошадей и множество отважных мужчин. Воины были собраны из различных частей Пруссии (впоследствии орден выплачивал деньги семьям погибших в битве при Ворскле и отправлял эти суммы в районы Данцига, Кенигсберга, Эльбинга, Балги, Бранденбурга, Кристбурга и Остероде). Командор получил 425 марок в качестве финансовой поддержки.
В армию Витовта прибыл и польский контингент, в четыре раза больший, чем орденский. Таким образом, войска великого князя включали в себя католиков, православных и язычников (монголов-перебежчиков), что не помешало папе Бонифацию IX пожаловать им всем крестоносные привилегии...»

Ю.Сарновский «Тевтонский орден и монгольская угроза»

_________________
Living history community "Die stadt Elbing 1360-1410"
Ska, piwo, halabardy!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 08-06, 21:38 
Не в сети
главбюргер
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15-08, 16:34
Сообщения: 7042
Откуда: Brzesc, Bialorus
Цитата:
Согласно средневековому хронисту Яну Длугошу, армия ордена состояла из 51 хоругви. Из них 5 знамён высших орденских иерархов, 6 предоставлены прусскими епископствами, 31 выставлены территориальными единицами и городами и 9 — отряды иностранных наемников и гостей.

Особую роль играли «большое» и «малое» знамя гроссмейстера и знамя Тевтонского ордена под командованием великого маршала. Своими полками командовали великий комтур и великий казначей. Ядро войска составляли братья-рыцари, под Грюнвальдом их было около 400—450 человек. Поэтому они выполняли функции командиров высшего и среднего ранга.

К другой категории относились полубратья, люди недворянского происхождения, которые, в отличие от братьев-рыцарей, не давали монашеских обетов и могли служить при ордене не постоянно, а в течение некоторого времени.

Наиболее многочисленная категория воинов состояла из бойцов, мобилизованных на основе вассальной принадлежности, а также на основе так называемого «рыцарского права» (jus militare). Мобилизация в войске Тевтонского ордена производилась на основе права «прусского», «хелминского», «польского». Право хелминское имело две разновидности: Rossdienst и Platendienst. Первая разновидность: с каждых 40 ланов необходимо выставить одного бойца в полном вооружении с конем и двумя оруженосцами. Вторая разновидность обязывала выставить одного воина в легком вооружении и без сопровождающих. Право польское предусматривало мобилизацию в соответствии с «наилучшими возможностями» (Sicut Melius Potverint).

В основном доминировало «прусское право» (sub forma pruthenicali), объединявшее владетелей имений не больше 10 ланов, которые отправлялись в конном строю без сопровождения.

Призывались на воинскую службу так называемые «вольные пруссы» (Freie) и горожане. На стороне тевтонского ордена воевали наемники из Германии, Австрии, Франции, а также полки польских князей Конрада Белого Олесницкого и Казимира Щецинского.

_________________
Living history community "Die stadt Elbing 1360-1410"
Ska, piwo, halabardy!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 01-02, 12:57 
Не в сети
главбюргер
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15-08, 16:34
Сообщения: 7042
Откуда: Brzesc, Bialorus
Тумлер.

Цитата:
Орденское государство, тонкой полосой дерзко перекрывающее доступ к морю трем бурно развивающимся народам (полякам, литовцам, русским) и практически непрерывно находящееся на военном положении, требовало совсем иной военной организации, нежели остальной запад. Хотя оно имело, как и там, систему укрепленных замков и городов и ополчение ленников, но, сверх этого, ему требовалась, как и христианским государствам Сирии, всегда готовая к походу армия. Она находилась в распоряжении ордена в лице его братства, не очень мощного в числовом выражении, но отменного качества.
Количество орденских братьев-рыцарей в Пруссии и Ливонии никогда не составляло, наверное, и 2000 человек. С оруженосцами и другими вспомогательными силами для каждой из обеих стран конные силы получаются от 5000 до 8000 человек. Например, в одном источнике насчитывается 1366 орденских братьев (включая 225 братьев-священников) и 6290 служащих кнехтов и дворни.
Эта армия орденских братьев состояла из высококачественных воинов, из людей, которые с юности обучались профессиональному владению оружием. Благодаря приему в ряды конвента, строгому воспитанию и унификации снаряжения этот союз, вероятно, добивался необычайного превосходства в тактическом взаимодействии и субординации над рыцарскими армиями.
Кроме собственного братства орден в конном войске располагал еще и ленным ополчением. Кто владел леном в 10 хуфенов, будь он из рыцарей или горожан, немцев или не-немцев, должен был служить с обычным снаряжением, кто имел 40 хуфенов, - в тяжелом рыцарском вооружении. Обычным вооружением пруссов были: шлем, броня, круглый щит, меч и копье. Вооружение аборигенов Ливонии было схожим. На ленников налагались следующие обязанности: владельцу 40 хуфенов служить тяжело вооруженным, то есть человек и конь тяжело бронированы; владельцы менее чем 40 хуфенов служили "с броней", то есть со шлемом, нагрудником и легкой лошадью.
Служба обязывала как к защите родины, так и к походам во вражеские земли или, как говорится в документах: „zu defensiones und itinera". По дословному тексту мирного договора 1249 года местные пруссы должны были нести военную службу. Похоже обстояло дело с воинской повинностью туземцев в Ливонии. Следовательно, надо говорить об ополчении в самом широком смысле.
После Великого восстания 1260 туземцы потеряли, оставались они верными ордену или нет, право служить с оружием, но должны были нести отныне законодательно неограниченную военную службу в качестве обозной команды. В зимних походах орденская армия требовала особенно большого обоза.
С течением времени бремя военной службы смягчалось: Торн и Кульм должны были уже по Кульмской уставной грамоте участвовать только в защите родины, как только страна будет замирена. Затем вместо личной служебной обязанности каждого горожанина стали выставляться контингенты, часто до смешного незначительной силы. Так, Эльбинг должен был выставить для походов во вражеские страны только 24 человека, Ревель 25 человек, а именно только для операций на море. Эстонское рыцарство должно было двигаться за свой счет только до Двины, за ней их обеспечение должен был принять на себя ландмейстер.
В походах против литовцев орден мог рассчитывать на помощь западноевропейских рыцарей. Поэтому он мог отказаться на долгое время от дорогостоящих наемников. Только когда во время правления Конрада фон Валленрода образовался могущественный союз против ордена, было завербовано много „Глевенин". Под Glewenie понимали рыцаря с 2 оруженосцами и 4 лошадями. Если утверждалось, что у Конрада фон Валленрода было на содержании в течение долгих лет 46 000 человек наемников, то для знатоков средневекового военного искусства такие высказывания выглядят смешно.
Как все рыцарские армии, армия ордена с ее множеством знамен и пестрыми костюмами должна была представлять собой живописную картину. Магистры, маршал, великий комтур и комтуры имели свои собственные знамена. Сверх этого войско носило при себе большое знамя Святого Георгия. При Грюнвальде 51 орденское знамя было потеряно. Ян Длугош видел их в 1448 в Краковской церкви и зарисовал. В 1597 их состояние было уже очень плохим, потом они считаются пропавшими без вести. Следовательно, возвращенные в 1939 году из Польши в Мариенбург якобы древние знамена ордена были фальшивками. Вытянутое положение государственной территории требовало на Висле, Немане и Чудском озере усиленной охраны границ. К северу и к югу от Чудского озера, на важнейших переправах через Древенц и у южной границы Помереллии закладывался эшелонированный пояс мощных замков. Один знаток сеждународных отношений назвал их военной культурной границей. Такая предусмотрительность не была в тогдашней Европе чем-то новым. Обеспечение орденских земель со стороны Литвы, напротив, было абсолютно оригинальным. Оно сильно походило на знаменитую римскую систему лимесов или австрийскую военную границу против турок. У границы орденских земель оставлялась широкая полоса девственного леса, представляющая собой препятствие с немногими проходами, которые были прикрыты опять-таки замками или наблюдательными пунктами. Легкие отряды должны были наблюдать отсюда за предпольем и обращать особое внимание на вражеских разведчиков. Отличная поставленная разведывательная служба давала возможность орденскому руководству перебрасывать подкрепления к находящимся под угрозой местам в кратчайшее время.
Как именно разведчикам удавалось быстро информировать Великого магистра, показано в письме: „К брату Иоганну, ландкомтуру Кульмской земли, брат Г., его заместитель, со смирением и покорным послушанием. Знайте, что в прошлый вторник на Троицу прибыли 2 гонца комтура Шёнзее с сообщением о большом и сильном вражеском войске, выступившем против Кульмской земли. Люди в Мазовии из страха бежали в укрепления. Доверенные лица комтура Шёнзее утверждают, далее, по сообщению его гонца Крималя, что то войско хочет опустошить Кульмскую землю всеми способами. В дальнейшем наши дозорные видели 20 всадников, которые принадлежали, как нам удалось установить, к тому войску и пришли ловить наших дозорных и разведывать дороги и их направление. Поэтому мы приказали на совете братьев, что должно собираться ополчение, а люди должны убегать в укрепления. Мы покорно просим Вас, в то же время, о наипаче возможном ускорении Вашего прибытия. Мы даем знать Вам, что они похитили мелкий рогатый скот, людей и крупный скот господина епископа и каноников и убили 2 наших дозорных. Это письмо должно идти без отсрочки от дома к дому. Оно должно быть послано также без промедления Великому магистру."
Это просто классически-аристократическое, скромное и ясно написанное письмо показывает организацию связи в государстве Ордена: при каждой комменде содержатся быстрые легкие лошади, знаменитые Sweiken, и почтовые мальчики, то есть почтальоны. Был ли в штате еще и почтмейстер, нельзя сказать уверенно. Комтур приказывал прибывающие срочные послания переписывать сразу и в стольких экземплярах, сколько он должен был известить соседних комтуров. Дата поступления и отправления отмечалась письменно. Копии доставлялись пребывавшим в готовности почтовым мальчикам, которые должны были передавать их самым быстрым аллюром следующим коммендам в окрестности.
Орден должен был организовать это учреждение и за пределами Пруссии, так как только таким образом объясняются такие, например, факты: Великий магистр знает 17 июля 1429 о деятельности Орлеанской девы в конце весны этого года; 28 сентября 1429 он проинформирован о произошедшей 17 июля 1429 папской коронации.
Намного опередили свое время попытки Великого магистра Дитриха фон Альтенбурга построить надежные военные дороги, и Конрада фон Валленрода - в бытность его маршалом Ордена - изготовить что-то вроде карт генерального штаба. Дитрих заложил дороги, идущие непосредственно к литовской границе, с канавами по сторонам, чтобы пути были твердыми и сухими. Валленрод приказал дозорным и разведчиком исследовать 104 дороги в Литве и идущих к ней, на предмет расположения, проходимости и характеристик и результаты изложить письменно.
Было бы неудивительно, если бы орденские руководители, убежденные в качестве своей военной организации, игнорировали бы новое оружие или новую тактику. Такой менталитет был роковым, как известно, в 1806 году для прусской армии. Братство же ордена стремилось ставить себе на службу все новые военные достижения. Так, братья должны были учиться использовать лук, не благородное оружие.
Когда появилось огнестрельное оружие и впервые использовалось в 1348 при Франкфурте и Наумбурге, руководство Ордена должно было сразу обратиться к использованию нового вооружения, потому что уже в 1362 при Ковно использовались пищали (Lotbüchsen), ручное огнестрельное оружие. В орденском государстве их также использовали, хотя еще долго пользовались и стрелами. В 1399 мы слышим уже о 100 дробовиках в орденских замках, но также и о больших и маленьких бомбардах (Steinbüchsen), настоящих пушках.
В 1414 году имела комменда Эльбинг только 27 маленьких и 17 больших пищали. Маленькие бомбарды калибра 25 см стреляли камнями размером с голову. Вскоре отважились также на отливку больших бомбард, настоящих чудовищ, как отлитая в 1408 в Торне, которая весила 285 полуцентнеров (14,25 тонн), имела калибр 90 см и должна была стрелять камнями весом 14 полуцентнеров (700 кг). Этой бомбарде значительно уступали ее знаменитые конкуренты в Вене и Брауншвейге. У больших бомбард должны были отливаться отдельно, чтобы сделать их транспортабельными, ствол и пороховая камера, называемые тогда пролет и камора. Таким образом большие пушки отливались тогда по всей Европе. Соединить надежно пролет и камору при использовании оставалось тяжелой проблемой. Сдвигали обе части, клали вокруг них кольца и стягивали канатами или цепями обе части. Можно представить себе, как скоро такие пушки могли устанавливаться и как точно они были в состоянии стрелять.
В Орденском государстве литейщик пушек, ранее простой литейщик колоколов, Дуннехен изобрел навинчивающуюся крышку, благодаря которой ствол и камора могли объединяться прочно и надежно. Заряд закладывался сзади. Эта, так называемая казнозарядная система оружия, далеко превосходила более раннюю систему оружия, заряжающегося с дульной части, не была, следовательно, изобретениеv Дюрера или Леонардо да Винчи, как считалось раньше.
Дуннехен также учил не использовать орудия на далеких расстояниях, и только в батареях. Тем самым было возможно накрыть стену или налетающую массу всадников одним верным залпом.
Чтобы производить необходимый для пушек материал, в Мариенбурге основали литейный завод. О литейном производстве дает интересные подробности казначейская книга.

_________________
Living history community "Die stadt Elbing 1360-1410"
Ska, piwo, halabardy!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 9 ] 

Часовой пояс: UTC + 2 часа


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 0


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения

Найти:
РейСРёРЅРі@Mail.ru
Создать форум

| |

cron
Powered by Forumenko © 2006–2014
Русская поддержка phpBB