"Terra Teutonica 1360-1425"

living history community
Текущее время: 20-11, 02:10

Часовой пояс: UTC + 2 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 5 ] 
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Жизнь в доме Тевтонского ордена.
СообщениеДобавлено: 10-03, 10:43 
Не в сети
главбюргер
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15-08, 16:34
Сообщения: 7042
Откуда: Brzesc, Bialorus
Цитируется по http://bigbeast-kd.livejournal.com

Цитата:
Под правилами понимают свод законов, письменно зафиксированные нормы жизни орденского сообщества. Часто используемый раньше термин «устав» („Ordo") точнее выражает их характер, чем принятый сегодня - "правила". Исходя из вида и способа, которым такие жизненные нормы устанавливаются, можно говорить о 4 типах правил. Первый воплощают собой почтенные древние правила св.Бенедикта. Они дают самые детальные распоряжения по всем вопросам поведения и времяпрепровождения, управления и хозяйствования общины ордена. Диаметральную противоположность им образуют правила Франциска Ассизского: святой оставил своим ученикам только несколько основных принципов и предоставил им самим выводить нормы повседневной жизни из них. Третий тип пытается связать в одном кодексе воедино вечно неизменные и преимущественно касающиеся религиозной жизни установления с детальнейшими распоряжениями в области повседневной жизни, проводя резкое различие между "правилом" и "законом".
Винсент де Поль создал в своих правилах для Милосердных сестер четвертый тип: он не столько хотел установить, что члены ордена могут делать и что им позволено, сколько указать как они в идеале должны жить.
Правила старого Тевтонского Ордена следовали, как и основной их источник, правила Тамплиеров, третьему типу, но переходя от деления на две части к делению уже на три части, они делали различия между "правилом", "законом" и "обычаем". Правила сегодняшних сестер Тевтонского Ордена принадлежат к упомянутому здесь четвертому типу.
Мы знаем правила старого Тевтонского ордена из внушительного количества средневековых рукописей и пергаментов. Они написаны на латинском и средневерхненемецком, нидерландском и французском языках. Оригинал, вероятно, был на латинском. Исследования правил опираются, как правило, на более поздние печатные издания Дуэллиуса, Шёнгута, Хеннига и Перлбаха.
Изложенные в кодексе правила ордена - продукт долгого развития. Первые братья ордена в Акре соблюдали часть правил ордена иоаннитов и, вероятно, законы этого ордена. При возвышении Немецкого госпиталя до рыцарского ордена, ранней весной 1198, братьям предписывались правила ордена Иоаннитов для убогих и больных, для рыцарей, священников и других братьев, напротив, правила Тамплиеров.
Это распоряжение санкционировалось папской буллой от 19 февраля 1199. В следующие десятилетия действовали законы Тамплиеров и издавались свои собственные. Это одновременное существование различных установлений делало правила темными и неясными.
Папской курии это стало ясно, когда орденские братья обратились в 1243 или в 1244 году к ней насчет исключения нескольких малозначительных пунктов. Папа выдал запрошенное разрешение в булле от 9 февраля 1244. Кроме того, он предоставлял им полномочия: „Изменять пункты их правил, в соблюдении которых не содержалось бы ни духовной пользы, ни разумной дисциплины, всем конвентом или большей и мудрейшей частью его, имея все же всегда перед глазами Бога и избегая прочего ущерба." Это было очень далеко идущее и вызывающее определенные сомнения полномочие.
Эта индульгенция побудила Орден к систематической кодификации и созданию полностью новой редакции всех действительно важных постановлений. Когда это произошло, мы не знаем. Вряд ли мы ошибемся, если предположим, что она была начата вскорости по издании папской буллы и была закончена в 1251. Кто озаботился новой редакцией, не зафиксировано. Не исключено, что этой работой занимался Вильгельм Моденский, который оказал большие услуги Ордену как папский легат в Пруссии и Ливонии.
В новой редакции все действующие установления ордена обобщались в „правила братьев Немецкого дома Св. Марии в Иерусалиме". Они разделялись на правила, законы и обычаи. Существовала примерная схема: в правила вносить основные принципы и основные законы духовной жизни, в обычаи - устройство и организацию, наконец, в законы, - изданные орденом законы. Этот порядок распределения выказывал уважение к истории, так как отражал ход развития материала. Конечно, удачную мысль деления на три эти части не удавалось проводить до конца последовательно.
Правила и законы составляют соответственно 37 и 44 коротких глав примерно одинакового объема. Обычаи составляют 63 главы, некоторые довольно длинные.
Правила Тевтонского Ордена, как уже говорилось, не представляют собой оригинального творения. Орден присоединялся в своем законодательстве к разумным, проверенным временем нормам, как он поступал и во многих других случаях. Он заимствовал для своих правил куски из правил св.Августина и госпиталя Св. духа, доминиканцев и ордена иоаннитов. Но основной объем материала все же происходит из правил Тамплиеров.
Редактор не списал рабски и нанизал эти образцы, а свел разнообразные части в подлинное единство и переписал тексты куда более кратко, точно и красноречиво, чем предполагали образцы. Так возникали такие главы классической четкости, мощи и глубины, как 1, 8, 10, 18 и 19, 24-26 и 35. Первая глава изложена простыми до лапидарности предложениями: „Три вещи составляют оплот духовной жизни каждого, кто принимает одеяние этого ордена, и руководят всеми правилами, первая - вечное целомудрие, вторая - отказ от собственной воли, послушание до смерти, третья - бедность, жизнь без собственности. Эти три вещи ставят и направляют присоединившихся людей на путь Господа Нашего Иисуса Христа... они по существу своему настолько незыблемы, что даже магистр ордена... не может освободить от них."
Правила Тевтонского Ордена повторили ошибку правил Тамплиеров, неправильное распределение прав и обязанностей верховных сановников Ордена, глав провинций и домов. Тамплиеры при создании правил отдавали предпочтение военным соображениям перед повседневными. Стратификация их Ордена на самостоятельные дома, распределенные по провинциям, была проведена уже позже. После того, как Орден состоял уже из отдельных домов, провинций и общеорденских учреждений, по логике, ни в коем случае не должны были бы оставлять за собой гроссмейстер и генеральный капитул права и обязанности, которые разумно принимать в расчет разве только главе дома. Этого не смогли сделать Тамплиеры и не удалось правилам Тевтонского Ордена. Поэтому они устанавливают: Магистр и генеральный капитул должны принимать решения о продажах недвижимости и принятии братьев; каждый год генеральный капитул должен собираться, с привлечением комтура Армении и Кипра.
Вопреки некоторым недостаткам правила Тевтонского Ордена - это поистине выдающийся памятник средневекового законодательства. Особенно в свете требований, которые они ставят. Они стремились заставить людей жить по христианской вере. Всем братьям вменялось в обязанность ежедневно не менее 5 ч. посвящать молитве и духовным упражнениям. Мера развлечений и отдыха была сжата ими до минимума: развлечения вне Дома и особенно рыцарские игры и охота были запрещены. В самом Доме не предполагалось длинных вечерних посиделок, в дополнение к сказанному, должно было господствовать самое строгое молчание. Мясо подавалось только три раза в неделю, а в 120 дней года не подавались даже молочные блюда и блюда из яиц, только чисто постные блюда. Про другие постановления будет сказано в других частях.


Цитата:
Рыцарские ордена хотели соединить рыцарство и монашество так, чтобы рыцарь был в то же время монахом. Поэтому жизнь в домах ордена, до тех пор пока процветало дело воспитания, была совершенно монашеской. Вследствие этого в дневных делах первое место по доле в распорядке дня занимали молитвы, входяшие в суточный богослужебный круг. Церковный суточный круг богослужений требовал, если петь его полностью, как для больших домов указывали инструкции, наверное, в общей сложности семи часов. Он был так распределен на все сутки по образцу древнеримского исчисления дня, что "часы" читались начиная с полночи в каждый третий час: Заутреня, Лауды, Первый Час, Третий, Шестой, Девятый Час, Вечерня, Комплеторий. Все здоровые братья должны были собираться к этим молитвам "часов" в капелле, „клирикам по своим книгам читать и петь, недуховным членам ордена читать, для заутрени 13 Отче наш, для каждого другого часа, кроме вечерни, 7 Отче наш, но для вечерни - 9; они должны читать то же самое число Отче наш в часы Торжества Пресвятой Богородицы" (Торжество богородицы - 1 января).
Канонические молитвы часов не могло отменить даже пребывание в поле: „В лагере капеллан должен приказывать звонить ко всем часам в установленное время", „Каждый должен занять свое место перед капеллой, чтобы он мог слышать богослужение"; „если брат проспит заутреню или другой час, его ближайший сосед должен привести его, если он отсутствует, и разбудить, если он присутствует, но спит"; „никакой брат не должен выбирать для себя или своей свиты ночлег, прежде чем маршал его примет, исключая магистров и капеллу".
Самой важной частью регулярного богослужения была Святая Месса. Все братья обязаны были присутствовать на ней. Конечно, они могли праздновать мессу также и в поле. Орден добыл себе привилегии в 1344 и 1368, иметь право праздновать мессу в поле на переносном алтаре и совершать ее после полночи вместо наступления утра.
Поистине потрясающей мерой в духовных упражнениях для времен средневековья было только смягчение в отношении вокального исполнения литургии. При Конраде фон Фейхтвангене еще считалось: литургию нужно петь всюду, где есть по одному клирику и ученику; Дитрих фон Альтенбург снизил это требование до тех домов, в которых есть по двое клириков и учеников и впоследствии ученики и капелланы не из ордена освобождались от ночной литургии. Насколько крепкими были обязательства в отношении богослужений, можно увидеть по нескольким примерам. Когда братья ордена тайком покинули в 1263 году изголодавшийся Рисенбург, они оставили престарелого брата для того, чтобы звонить к часам. Пруссы решились войти в замок только когда колокол умолк. Гарнизон был уже давно в безопасности. В 1492 году возражал муниципалитет Палермо против изгнания братьев ордена всей своей властью, так как литургия совершалась ими к назиданию всего города с особенным торжеством. В Берне братья вопреки декрету о запрете продолжали свою литургию совершать обычным порядком и их пришлось вытаскивать со скамей хора силой.
Уважению к литургии соответствовала тщательность в ритуалах и ритуальных книгах. У ордена была изначально литургия от Св. Гроба. Но он просил в 1244 году о разрешении сменить этот ритуал, который был более непонятен многим братьям, на ритуал братьев-доминиканцев. Папа разрешил им это, так что орден приспособил вскоре после этого их ритуал к своим потребностям в так называемыой „Орденской редакции". Сам ритуал регулировался до мелочей в так называемых Предстояниях, которые образовывали часть большого свода орденских законов.
Литургия с ее великолепными псалмами, гимнами и чтениями формировала в течение многих лет тихое погружение великих истин глубоко внутрь людей, которым оставалось только сознавать, что они избраны поддерживать связь с Богом. Однако, для братьев - не священников с их обязанностью читать множество раз Отче наш существовала опасность поверхностного восприятия молитвы. Все же, такая тихая медитация приглашала в некоторой степени проникнуться торжественностью ритуала. Чтобы сделать возможным более глубокое участие, однако, постановили, что „literati fratres", то есть понимающие по-латыни, вместо Отче наш могут участвовать в богослужении. Нельзя считать их число таким уж незначительным, так как знание латыни было широко распространено и, по опыту, приобретается в необходимой мере в монастырях даже простыми, не являющимися духовными лицами, членами ордена и сегодня охотно и успешно.


Цитата:
На время свободное от богослужений у каждого из братьев был свой заданный объем работы. Служащим братьям (полубратьям) вменялись в обязанность садовые, полевые и домашние работы, братьям-священникам в первую очередь духовная помощь в ее разнообразных формах, а также в обучение и научные занятия. Они должны были наставлять подрастающем поколение ордена в ритуалах, в орденской жизни и в вероучении, обучать студентов необходимым для сана священника знаниям, обеспечивать утомительное переписывание и размножение необходимых книг, исполнять канцелярскую службу и так далее. Братья-рыцари были обязаны постоянно заниматься упражнениями с оружием, не только ради ознакомления с разнообразными боевыми приемами, но и для должной физической тренировки и поддержания боеготовности.
Законы ордена мало говорят об отдыхе и развлечениях. Прежде всего, они абсолютно молчат о времени отдыха. Однако, они разрешали обычные игры за исключением азартных и похожих на них игр, которые были запрещены под угрозой наказания. Допускались в умеренном объеме поездки верхом и сопровождение охотников; но, собственно охота дозволялась только на крупного зверя, а также временами стрельба по птицам, чтобы упражняться в стрельбе. Из последнего можно увидеть, что члены ордена, кроме настоящего рыцарского оружия, пользовались также луком и арбалетом.
Напротив, посещение мирян, трактиров и гостиниц, турниров и рыцарских собраний были им запрещены.
Однако, время отдыха оставалось ограниченным строго дневными часами, так как от комплетория и вплоть до первого часа, то есть с 21 ч. до 6 ч., должно было господствовать абсолютное молчание.
Продовольственное снабжение в орденских домах тоже было монашеским. „Три дня в неделю братья должны есть мясо, три дня - блюда из молока и яиц, но в пятницу - постные блюда." Дней с чисто постными блюдами было не менее 120 в году, а именно рабочие дни с Мартина по Рождество и от Прощенного Воскросенья до Пасхи, в покаянные дни и кануны праздников. В постные дни братья должны были довольствоваться одной трапезой и одним вечерним питьем. В остальное время трапез было две. Во время еды должно было господствовать молчание и в домах с настоящим конвентом - происходить чтение. Сегодняшний горожанин едва ли может представить себе подобный образ жизни, но люди средневековья при этом оставались здоровыми и бодрыми.
Несколько более щедро предоставлялись напитки. По орденским правилам подобали каждому брату ежедневно две кварты. Это установление было приспособлено еще к обстановке Ближнего Востока и относилось к вину. На Севере от него должны были очень скоро отклониться, так как там вино могло принималться в расчет как нормальный напиток только в немногих баллеях; вместо этого пользовались пивом, разумеется, в большем количестве. То, что значительное потребление пива господствовало в орденских коммендах, следует также из того, что те имели часто собственные пивоварни. Сколько пива нужно выдавать отдельному брату, не определялось орденскими законами.


Цитата:
К описанию дома Тевтонского ордена относится также изображение архитектурного, "комфортного" и экономического распределения помещений и обстановки. Архитектурных инструкций или обычаев, содержащих схему дома Тевтонского ордена, не существовало.
Настоящий тип дома Тевтонского ордена развился практически только в Пруссии. Пожалуй, все же, два качества строений ордена могут обозначаться как действительно всеобщие: едва ли терпимая для сегодняшнего человека ограниченность жилого пространства и очень скромная его обстановка.
Так все жилое пространство братьев в могущественных замках Рагнит и Рига было ограничено квадратом на одном этаже боковой стороной менее чем 60 м, в котором должны были размещаться, кроме того, капелла и зал капитула. В Вендене вообще были использованы только 3 стороны равновеликого четырехугольника.
Ландкомменда (то есть комменда, служащая резиденцией ландкомтура) Бойгген состояла из скромной жилой башни с пристроеной капеллой. То же - Гемерт. Простые родовые замки долгое время служили квартирами для братьев конвента в Хорнеке, Фирнсберге, Майнау.
Фактически жилыми помещениями братьев были только столовая, называемая в ордене „Remter"(Ремтер), и общая спальня -дормиторий (Dormitorium). Все здоровые братья должны были спать в этой одной общей для всех спальне, и ремтер служил всем здоровым братьям столовой и комнатой отдыха, как кое-где и сегодня служит комната в деревенском доме.
Предположительно эти 2 жилых помещения были очень велики. В больших орденских замках Пруссии это не было случайностью. Пожалуй, их размеры: длиной в 15 м, шириной в 7 м или даже 25 м на 12 м сами по себе внушительны, но они должны были разместить несколько дюжин братьев. Это самоограничение в жилом пространстве брало начало преимущественно в стремлении строиться по соображениям безопасности как можно более тесно.
Об обстановке помещений давал до 1938 Мариенбург кое-какое представление. Даже в этом княжеском замке не было в большом ремтере братьев ничего, кроме больших, грубо сработанных, невероятно массивных скамей и столов из дуба. Обстановку общей спальни можно частично реконструировать из законов ордена. Они устанавливали: каждому брату достаточно тюфяка с шерстью, простыни и покрывала, на перинах могут лежать только больные братья. Каждый член ордена, кажется, имел в общей спальне свое место для сна, отделенное при помощи деревянной стены и решетчатой двери.
Капелла и зал капитула были так же просто обставлены. В большой церкви Мариенбурга скамейки для коленопреклонений рыцарей и братьев-священников были отделены друг от друга леттнером (поперечной преградой наподобие амвона). Было ли так в меньших конвентах? Скамейки для коленопреклонений противостояли друг другу, как еще и сегодня в хорах капитулов. Зал для собраний содержал, как в Мариенбурге, только возведенные вдоль стен скамьи. В сакральных помещениях капеллы и зала капитула могли помещаться украшения стен, особенно - фрески. Мы находим таковые в Мариенбурге и Кенигсберге, в Заксенхаузене и в других местах.
Комнаты комтура и больничные палаты были оснащены, наверное, просто. Комната комтура в Лохштедте с ее богатой фресковой росписью могла быть исключением.
Орден в Пруссии создал образцовое устройство отопления и уборной. Для отопления больших залов в довольно суровой стране не хватало обычных печей и открытых каминов. Для них создали центральное отопление, которое, будучи римского происхождения, было известно братьям по восточным баням.


Цитата:
Эта система центрального отопления имела в подвале большую каменную плиту, на которой из валунов выкладывалась полая пирамида, так чтобы в ней оставалось достаточно места для топлива, над этой полой оболочкой поднимался камин, из которого уже выходили глиняные трубы, которые разветвлялись под полами отапливаемых помещений и входили в круглые отверстия. Трубы и круглые отверстия могли закрываться металлическими дисками. На плите складывался горючий материал и зажигался при открытом камине. Вся жар устремлялся теперь в камни оболочки и только дым выходил через камин. Когда дрова сгорали, то пепел удалялся, камин закрывался, а металлические диски открывались. Сухой, чистый, сильно нагретый воздух устремлялся теперь в жилые помещения и поддерживал там долгое время приятное тепло, как доказали опыты последних времен.
Следовательно, такой способ отопления был гигиеничен и в то же время выгоден. Решение в замках и городах такого щекотливого вопроса, как уборные, еще интереснее. В Пруссии эти устройства всегда переносились в башни, которые закладывались в виде высоких укреплений, довольно сильно удаленных, над проточной водой: не очень удобно, но гигиенично. Это рациональное устройству оформлялось в архитектурном плане очень эффектно, как показывают картины Мариенбурга и особенно Кафедрального собора Мариенвердера. В Пруссии эти туалеты назывались данцкерами (Danzker). Почему, не известно.
В хозяйственном обустройстве своих домов Орден был устремлен, как все старые ордена, сделать их миром в себе, превратить в автаркические предприятия, которые поставляли бы все продукты, обеспечивающие существование, а также деликатесы - особенно пиво и вино - и одежду.
Собственные пекарни определенно предусматривлись правилами, согласно которым должна была раздаваться бедным десятая часть хлеба, выпеченного в печи дома. Все большие комменды вне области возделывания винограда могли иметь собственную пивоварню, так как употребление пива - для нас в чрезмерном размере - само собой разумелось при средневековой кухне с ее остро приправленными блюдами. (А точнее - при отсутствии чая и кофе, в общем, навыка кипячения воды - прим. мое) Так был в одной местности расчет на мужчину каждый год 18 тонн пива, на женщину - 14 тонн, тонна в этом случае - 261 л.
Молоть зерно на собственных мельницах полоностью соответствовало идеалам того времени, когда "право мельницы" было особо желанной привилегией. Орденские мельницы, пожалуй, существовали в большинстве баллей. В Пруссии они были особо важны для уверенного снабжения замков. Поэтому не стоит удивляться тому, что выкладывались водопроводы длиной в мили, чтобы построить эффективную мельницу у комменды. Некоторые из них, например, мельницы Мариенбурга и Данцига, упоминаются как шедевры гидротехники. Большая орденская мельница в Данциге оберегалась даже во время великой городской войны. Ее могучее, хорошо сохранившееся здание дает и сегодня наглядное свидетельство, какую роль играло такое предприятие в те времена.


Цитата:
О сельскохозяйственных предприятиях комменд есть такие интересные для нас сообщения, как, что в маленьких коммендах Иберсхейм и Дирен содержалось 135 и 71 голова крупного рогатого скота соответственно, в Сан-Леонардо в Апулии 109 быков и 860 свиней; что возделывается в Апулии „во всех домах по одному или 2 плуга", что соответствовало 64 или 128 га пашни.
Сельскохозяйственные предприятия в Пруссии были очень развитыми. У тамошних комменд в сумме было 110 000 га земли. В них содержалось 13000 лошадей, 10 000 единиц крупного рогатого скота, 19 000 свиней и 61 000 овец. Только в Бранденбурге было 843 лошади, 613 единиц крупного рогатого скота, 1476 свиней и 2700 овец. Даже у маленького Папау было не меньше чем 385 га сельскохозяйственных угодий.
Конечно, потребности этих больших замков были невероятно высоки. Так Данциг требовал каждый год притока 90 быков, 100 жирных овец, 300 жирных свиней; Мариенбург для конвента только из одного пфлегерства ежегодно - 10 быков, 3000 сыров и 2 т масла.
Так как замки должны были всегда быть снабжены припасами для долгих осад, у них были огромные запасы. Так хранилось в 1409 году во всех прусских замках суммарно, считая в шеффелях: 463 000 ржи, 24 000 пшеницы, 47 000 ячменя и солода, 203 000 хмеля!
Неоднократно приходилось прибегать к странным средствам обеспечения экономической поддержки замков. Так Рагнит получил свой скотный дворы в удаленном на 60 км Лабиау; Мемель, стоявший во всегда беспокойном пограничном районе, вообще не мог прокормиться с земли и получил за это что-то вроде меховой торговой монополии. Он имел только одного лисьего меха постоянно до 400 кусков в хранилище.
Мы должны будем принзнть торговлю продуктами дома и в остальных коммендах. Для Пруссии подтверждена обширная зерновая торговля, меховая торговля и торговля янтарем на экспорт, торговля сукном в качестве импорта. Баллея Кобленц, расположенная в знаменитейших поместьях рейнской области возделывания винограда, занялась крупной винной торговлей. У нее было на Рейне, в Утрехте и в других местах ежегодное освобождение от уплаты таможенных пошлин для корабля со 100 бочками вина. На торговлю зерном и вином также кажется, указывает то, что Мергентхейм добыл себе похожую привилегию.
Для расположенных в области виноградарства комменд, например, Вены, Зоннтага, Боцена винная торговля образовывала становой хребет; комменды в Пелопоннесе, в Сирии и Сицилии брали свою экономическую силу из местных продуктов питания, субтропических плодовых культур и растительного масла. Последнее можно было бы предположить также и для Апулии, чему, тем не менее, не найдено ни одного случая; здесь преобладало животноводство.
Как особенность упомянуто, что комменда Грифштедт получала большую прибыль из торговли дичью.
Однако, у большинства комменд основная масса их обширных владений была не в собственном хозяйстве, а сдавалась в аренду. Обширные сдачи в аренду вынуждали к ведению кадастров и процентных книг, которые были упомянуты уже неоднократно. Эти книги должны были давать сведения о расположении имения, арендаторе, размере арендной платы и поступлении ее.
Множество сохранившихся кадастров и процентных книг предоставляют доказательства того, что управление хозяйством было мудро организовано и велось добросовестно. В наше время эти книги стали верными золотыми приисками для местных исследователей.

_________________
Living history community "Die stadt Elbing 1360-1410"
Ska, piwo, halabardy!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 10-03, 10:47 
Не в сети
главбюргер
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15-08, 16:34
Сообщения: 7042
Откуда: Brzesc, Bialorus
Цитата:
Для решения вышеуказанного вопроса сначала необходимо выделить для себя существо дома Тевтонского Ордена из его различных типов. Правила Ордена постановляют в 13-ой главе: „Должно следить, чтобы во всех домах, где число братьев достаточно для конвента (а именно по числу апостолов Христовых - 12 братьев и комтур как тринадцатый там же) было прочитано за столом". - В этих словах вводится понятие "Конвент" - так оно именуется в латинском, французском и немецком текстах - и в то же время выражается сущность конвента: Конвент - это каждый дом, в котором 12 братьев ордена живут совместно под руководством одного комтура. Эта форма должна быть основным типом, в котором должен стремиться Тевтонский Орден к совершенной имитации апостольского образца. Однако мы никогда не находим наименование "Конвент" используемым как обычное, ни в документах, ни в других источниках. Вместо этого в первые десятилетия истории ордена всегда говорится „дом ордена" или „братья ордена". В 14-ом веке и позднее образуется понятие комменда или комтурия и используется, вытесняя все прочие наименования.
Вышеуказанные слова правил не исключают меньших домов без полного конвента, скорее, предполагают их. Но как дома с немногими братьями могли возникать? Надо искать их происхождение в 3 источниках. Во-первых, Орден получал много сельских церковных приходов, бенефициев и госпиталей. В них не было для большого братства такого ордена, как Тевтонский орден, ни достаточного объема деятельности, ни достаточного материального обеспечения для настоящего конвента. Такие дома поэтому могли организовываться только как маленькие дома, с необходимыми для тамошних задач количеством братьев. Для этих приходских домов и домов бенефициев собственного наименования никогда не было введено. Где они упоминются, они просто называются приходским домом и его верховным священником.
Во-вторых, орден вскоре был вынужден, для своих сильно прирастающих и часто чрезвычайно рассеяно лежащих владений, вводить меньшие учреждения управления с необходимым количеством братьев. Мы очень часто находим такие учреждения управления действующими под наименованием "Амт" или "Пфлегеамт" в больших коммендах старонемецких земель и в Пруссии, но, как ни странно, не в Ливонии. Руководителем такого дома был пфлегер.
Наконец, в-третьих, в Пруссии и Ливонии и, пожалуй, также в Св.Земле вынуждено пришлось, для укомплектования системы обороны, наряду с большими замками, снабженными сильными конвентами, сооружать меньшие наблюдательные и оборонительные посты . Они назывались Vogtei (Фогтствами) и подчинялись фогту.
В каком отношении эти различные дома состояли друг к другу? Это достоверный факт, что пфлегерства и фогтства в Пруссии и Ливонии выделялись без исключения из своей комменды. То же верно для маленьких учреждений и приходских домов ордена в Германии и в других странах. Следовательно, считается с сегодняшней юридической точки зрения, что неполные дома ордена могут быть только приложениями к полным. В соответствии с этим братья всех маленьких домов включались в одну комтурию.
Согласно этой правовой точке зрения действовал и сам Св.Престол, когда постановил по поводу назначений орденских священников на инкорпорируемые церковные приходы, что доход этих приходов находится в распоряжении ордена вплоть до congrua sustentatio (средств существования) приходских викариев.
Делал ли орден впоследствии полное употребление этого права или требовал от инкорпорируемых приходских бенефициев только фиксируемую часть дохода, не установлено.


Цитата:
Мы уже познакомились ранее с титулами руководства орденских домов. Это священники, пфлегеры, фогты, и для домов с полным конвентом - комтуры. Относительно комтуров кое-что еще не выяснено. Так, не является однозначно установленным из указанного текста правил, что комтурами назывались только руководители конвентов.
Напротив, видимо, можно сказать, что в отдельных баллеях комтуры часто упоминаются только с совсем небольшим числом братьев конвента. Уверенное заключение сделать все же невозможно, так как братья в упомянутых случаях встречаются почти всегда как свидетели, а мы не знаем, призывались ли к засвидетельствованию все. Нередко встречаем после упомянутых свидетелей дополнение: „И другие братья". Но далее находим иные подтверждения, когда, например, документ баллеи Эч (Адидже) от 1386 обнаруживает только 26 братьев на 5 комменд. Из этого следует, что комменды или комтурии часто существовали тоже без настоящего конвента. Имеем ли мы здесь пример, как с течением времени размывалось понятие комменды, установленное правилами, и заменяло собой основанное только на их материале понимание:„Комменда есть каждый имеющий право на самоуправление независимый дом"? Из-за верности братьев традициям до 1400 скорее надо предположить, что орден, переоценивая свои силы, учреждал конвенты в первые десятилетия чисто юридически, и не смог в дальнейшем развить их до настоящих конвентов, и что - при консервативных установках - оставлял за ними наименование комтурии, хотя она часто больше не существовала в этом месте.
Титул комтур для руководителей комменд господствует, вытеснив все другие титулы, только с 14-ого столетия. Первоначально он озвучивался в абсолютно хаотичном порядке „Praeceptor" или „Commendator", что имело словарный смысл: Начальник дома или тот кому доверен дом.
Касательно прав и обязанностей руководителей домов, они были в первую очередь главами орденского дома, и только во вторую очередь - руководителями дома с его недвижимым имуществом и доходами. Три задачи вменялось в обязанности руководителя дома: он должен был заботиться, чтобы добросовестно соблюдались все установления орденского воспитания, включая молитвы и другие духовные занятия; далее он осуществлял руководство вменяющимися в обязанности дома внешних задачами: духовной службой, больничной службой и вооруженной службой; наконец, он должен был руководить всем управлением имуществом и осуществлять надзор за ним. Точнее детализировать задачи руководителей домов так же мало возможно, как задачи главы семьи. Мы можем указать для комтуров, только то, что лежало вне их прав. Прежде всего, им не принадлежало право принимать в орден братьев, полубратьев, сестер и фамилиаров. Также принятие служащих не кажется принадлежащимм комтурам, за исключением посыльных.
Назначались ли священники и капелланы первоначально комтурами, конечно, нельзя установить. Позднее этим занимались, без сомнения, ландкомтуры. В управлении имуществом не мог комтур продавать недвижимость и заключать арендные договоры на объекты большой стоимости.


Цитата:
Некоторые комтуры имели помимо обычных прав еще и другие, куда более обширные, прежде всего, в Ливонии и Пруссии. Здесь они были комендантами комменд, служащих крепостями их земель, и командующими вооруженных сил своей области, руководителями суда, сил безопасности и правопорядка, культурного и хозяйственного развития и так далее. Это прямо вытекало из их положения в орденских землях, где они были комтурами и чиновниками. Мы находим за ними судебную власть в некоторых случаях также и в Империи. Так, за комтурами Мергентхейма и Нюрнберга был как низший, так и верховный суд в Мергентхейме и Эшенбахе соответственно.
Но для комтуров считалось установленным правило, по аналогии с действующим для Великого магистра, не принимать важных решений без согласия своего конвента и давать отчет на ежегодном капитуле баллеи. Кем комтуры назначались, при отсутствии подробных исследований нельзя установить с уверенностью. Первоначально назначение могло происходить непосредственно через Гохмейстера. В Пруссии право назначения перешло после постановлений 1251 к ландмейстеру и конвенту земли. Для Ливонии было принято то же самое, так как она лежала еще дальше от Великого магистра, чем Пруссия. То, что предоставлялось, однако, обоим ландмейстерам в орденских землях Пруссия и Ливония, не могло оставаться недоступным для Дойчмейстера.
Управление большими орденскими домами властно требовало соответствующего штата служащих. В главных домах баллей и в таких домах как Мергентхейм, Нюрнберг, Заксенхаузен всегда был так называемый "комтур дома" (Hauskomtur). Он был первым заместителем и представителем комтура. Из других должностей мы чаще всего находим упомянутыми интенданта и казначея. Затем следуют руководители (мейстеры) кухни, кладовых и мельниц (Küchenmeister, Kellermeister, Mühlenmeister). Иногда упоминаются мейстеры зерна и строительства (Kornmeister, Baumeister). В чем состояли их должностные обязанности, ясно из названий.
Большие комменды держали также Чиншмейстера (Zinsmeister), который должен был заботиться о правильном поступлении денежного и натурального оброка и поэтому, пожалуй, также отвечал за ведение, использование и техническое обслуживание кадастров, оброчных книг и так далее. Этот круг задач коротко будет упомянут еще в следующей главе.
Также неоднократно упомянуты Питанцмейстеры (Pietanzmeister). Они должны были управлять Pietanzen (Тризной), то есть распределением, чаще всего в случае смерти, специального фонда продуктов, вина и пива, с определением, что после церковной погребальной службы будет роздано бедным, а что - выдано братьям конвента.
В Заксенхаузенн неоднократно упоминается смотритель, все же, даже без намека насчет его служебных полномочий. Напротив, является установленным по многим документам, что особенно часто упоминаемый в комменде Вена кондуктор должен был заботиться о сборе податей, соответствуя тем самым вышеупомянутому Чиншмейстеру. Схожее положение мог иметь Grangarius, который упоминается пару раз в документах.
В Империи это учреждение встречается редко, так как число посыльных там кажется не слишком большим; при подсчете по всей баллее они составляли, пожалуй, значительную величину, но они распределялись на множество комменд. В Апулии и особенно в Пруссии число посыльных было невероятно велико в некоторых домах. Так, Эльбинг их имел 152, по 10 для кузницы и обувной мастерской, 18 для мельницы, 5 как повара, а именно Шеф-повар и его компаньон, потом повара для туркополов, больных и юношей. Однако, надзор за посыльными в Пруссии вел не Grangarius, а малый комтур (Kleinkomtur). В Пруссии, где комменды наряду с их функциями орденского дома имели также функции государственного управления или крепостей, число должностей в домах, естественно, должно было еще больше увеличиться. Так мы находим в качестве аналога верховных сановников туркополье, то есть руководителя легких вспомогательных войск, потом вице-комтура, маршала и госпитальера, брата от конюшни, от кузницы и так далее.
В Кобленце часто упоминается корабельный мейстер. Он должен был наблюдать, наверное, за отправкой вина, на которой была построена экономика этой баллеи. Были ли у этой комменды собственные корабли для этого - неизвестно. В Заксенхаузене мы слышим однажды о пергаментарии (Pergamentarius). Соответствовал он нашему сегодняшнему библиотекарю или секретарю?
Были ли введены и какие именно должности для торговых предприятий комменд, где таковые имелись, пока еще не установлено.
Также в отношении вопроса управления госпиталями, имел ли Орден собственных врачей, братьев и сестер ордена в качестве санитаров, мало что можно сказать. Достоверно только, что братья ордена никогда не именуются врачами, кроме позже упоминаемого Генриха Пфолспрунта, что братья ордена часто появляются в качестве госпитальеров и что сестры ордена встречаются как санитарки.


Цитата:
Содержание дома и сельскохозяйственные владения комменд требовали, если не было в них достаточного количества братьев-мирян, большого числа слуг. Так принято с высокого средневековья во всех баллеях. Наряду с этими слугами мы находим еще упомянутыми: из благочестия или за деньги служащих, кнехтов или оруженосцев, учеников или студентов и мирских капелланов. Из благочестия или за деньги служащие, частично рыцари, частично оруженосцы, были соратниками орденских братьев. Рыцари служили безвозмездно, кто-то в течение всей жизни, кто-то определенное время. Для наемников правила разумно устанавливали: „Так как тяжело заключать с каждым отдельный договор, они должны предоставить одного, которому на соответствующее время и в данном месте дают полномочия". При Конраде фон Фейхтванген издавались законы для этих соратников, преимущественно в целях воспитания и наведения порядка.
Они очень строги: оруженосцы и служащие из благочестия могут выходить только с разрешения, но ни в коем случае не посещать таверн. Нарушения правил, кражи, клевету и драки, игру в кости и тому подобное нужно искупать телесными наказаниями. При кончине кнехта или служащего из благочестия все присутствующие братья должны читать 30 Отче наш.
Ученики или студенты упоминаются особо в инспекционных отчетах. Они соответствовали и сегодня принимающим участие в духовных институтах мальчикам-хористам и должны были, как и они, подпевать при богослужении и выполнять службу причетников. Для этого они проходили обучение в Доме. Этот институт должен был обепечивать, пожалуй, также необходимое пополнение новым поколением священников.
Правила устанавливают для студентов: „Школяр должен предшествовать с горящей свечой, если священник приводит больных к причастию". „Мы также хотим, чтобы никакой брат ученик не шел без разрешения в университет. Мы желаем, чтобы никакой брат ученик, который принят в священники, не принимал более высокое посвящение без разрешения ландкомтура", „нужно также дать 2 ученикам полмарки, чтобы они читали псалтырь за душу умершего брата". "должно позаботиться, чтобы в помещении, где лежит большое число больных, священник с учеником читали бы ежедневно Offizium и Marianum".
В коммендах часто упоминаются также мирские капелланы. Это были обычные священники, которые жили с братьями ордена и исполняли им духовные службы. Там где братьев-священников было слишком мало, приходилось побеспокоиться о таких капелланах.

_________________
Living history community "Die stadt Elbing 1360-1410"
Ska, piwo, halabardy!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 10-03, 11:08 
Не в сети
главбюргер
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15-08, 16:34
Сообщения: 7042
Откуда: Brzesc, Bialorus
Цитата:
Под воспитанием можно понимать как нравственное состояние общества, так и установленные методы достижения его. Здесь слово берется в обоих его значениях.
Старые правила Тевтонского ордена и более поздние орденские законы устанавливали нормы, которые обосновывали высоконравственную жизнь братьев и регулировали ее до мелочей. Строгие наказания были предусмотрены за несоблюдение законов ордена по принципам: „Все усилия духовной жизни должны направляться тем, что Орден стоит наказанием прегрешений и выполнением каждым данных им Богу по собственной воле торжественных обетов", и: „Кого любовь не удерживает, должен удерживать страх."
Этот дух, который господствует в старых, до 1271 изданных законах ордена, ни в коем случае не ослаблялся впоследствии - по крайней мере, до 1400. Из некоторых исторических работ может сложиться впечатление, что при поздних гохмейстерах, от Бурхарда фон Шванден до Винриха фон Книпроде, многие важные законы были отменены. Эту точку зрения опроверг Перлбах, показав, что 99 статьям ранних законов противостоят по смыслу только 18 статей из упомянутой поздней эпохи. При этом из 140 законов последнего времени только 35 содержат нововведения, а остальные только повторяют старые законы, молитвы и т.д. Новые постановления опять-таки не несут какого-то большого нравственного значения а касаются повседневных мелочей, таких как состояние комнат, постелей и т.п. Повторение одного и того же старого закона может доходить до 29 раз. Установленные факты также опровергают тех историков, что полагают гохмейстеров Бурхарда фон Шванден, Конрада фон Фейхтванген, Готфрида фон Гогенлоэ и Винриха фон Книпроде безуспешно пытающимися через строгие законы противостоять надвигающейся секуляризации. В доказательство этого тезиса можно было бы использовать только 3 закона гохмейстеров Вернера фон Орсельн и Винриха фон Книпроде. Эти законы будут упомянуты в конце главы. Там мы увидим, что они были не так уж строги и важны.
Еще решительнее надо отвергнуть утверждение, что множество строгих наказаний за множество перечисленных в правилах нарушений доказывает недостатки орденского воспитания, так как, якобы, запрещают только то, что было широко распространено. Параграфы о преступлениях и наказаниях писались Тевтонским орденом не на основании длительного горького опыта, а просто перенимались из правил доминиканцев!
Нравственные основы законодательства ордена в первых главах правил выражены четко и ясно:„Это видение напоминает нам, что в сражающейся церкви должны быть бойцы"; „Это 3 вещи (а именно торжественные обеты) важнейшие и потому нерушимые", так как: „Вы представляете собой людей, следующих за Господом Нашим Иисусом Христом." Следовательно, главным и неизменным были война за Христа и следование ему. Из этого все частные законы вытекали и этим обосновывались. Эта основа оставалась неизменно в силе и в законах более поздних магистров времен средневековья. Как прямое следствие этого, хотя более поздние гохмейстеры вводили новые праздники и молитвы и часто по-новому излагали древние законы, однако, никогда не касались определений о религиозной основе, что в результате не требовало от братьев никакого приспособления к новым веяниям.
Христианская основа и глубоко серьезный взгляд на нравственность проявляются, как упомянуто, в каждом отдельном постановлении.
В отношении поведения к собратьям и ближним считалось: „Храму нашего ордена будет недоставать прочности и красоты, если золото любви с него осыпется. Любовь - это основание ордена, сила и утешение борющихся, плод и оплата выносливости и без нее не святы ни орден, ни его дела, а есть лишь подделка под святость." „Поэтому братья должны идти к этой любви во всех делах." Поэтому не должно „Дурной молвы, наушничанья, унижения, хвастовства прошлыми деяниями, лжи, проклятий, споров и болтовни из уст братьев никогда исходить", не должен также „Никакой брат называть христианина предателем, мятежником, гнилоустым, ублюдком или похожими словами." Какие строгие наказания должны были ожидать нарушителя, указывают постановления:„ Тот, кто бьет мирянина, слугу или иного человека за пределами правил рукой", подвергается первой каре (4 степеням вины соответствовали 4 степени наказаний: наказание от 1 до 3 дней - на неопределенный срок - годовое наказание - исключение из Ордена). Кто атакует собрата предметом или провинится, как будет установлено, явится зачинщиком раздора или клеветником, наказуется карой на неопределенный срок. Тот, кто изобьет христианина до крови, наказывается полной годовой карой. Самая легкая степень наказания назначается уже за сознательную ложь.
Глубоко христианский дух сказывается в заботливости о больных и умирающих братьях и о бедняках. „Кому требуется дощечка больного и он садится к столу конвента, должен узнать, что он создает себе ненужные лишения... эта дощечка должна снабжаться настолько обильно, сколько позволяет имущество Дома". „Старые и отслужившие братья должны благочестиво переносить их телесную немощь; они должны усердно почитаться и в физических потребностях ни в коем случае не терпеть ущемления". "За умершего собрата конвента каждый брат не клирик этого конвента должен отчитать 100 Отче Наш..., сверх этого по 30 Отче Наш ежедневно за живущих и умерших фамилиаров, благотворителей и друзей ордена"; „остатки застолья должны распределяться среди бедняков"; „в Доме, где умер брат, лучшая одежда умершего должна отдаваться беднякам и в его помин на протяжении 40 дней блюда и напитки, как обычно выдают их брату"; "десятая часть хлеба, выпекаемого в печи Дома, должна отдаваться бедным"; "Госпитальер не обязан соблюдать обычные расчеты, чтобы он мог свободно упражняться в деле любви к больным."


Цитата:
Для соблюдения обета целомудрия были изданы строгие, но очень целесообразные законы: „братья не должны вдвоем ездить верхом на одной лошади, кроме как в крайнем случае"; отправляясь в постель они должны спать, как это подобает верующим, в своей рубашке, нижней одежде и штанах; они должны избегать в путешествиях „сомнительных мест и времяпрепровождения и бесед с лицами женского пола, особенно с молодыми. К поцелуям они должны чувствовать отвращение до такой степени, что даже не давать подобных знаков светской любви и чувственности своим матерям и сестрам"; „целомудрие живущего совместно с женщинами мужа ордена сможет, вероятно, оставаться нерушимым, но так не может продолжаться долгое время без того, чтобы кончилось все неприятностями"; „ кто сознательно пускается в дорогу с подозрительным женским обществом или уединяется с женщиной, кто выказывает грех похоти, подвергается первой каре; тот, кто совершает прегрешение плоти, наказывается полной годовой карой; кто совершает достойное проклятия преступление совместного греха - иначе говоря, гомосексуализм - должно извергнуть из ордена."
После того, как орден перебрался в Европу, гомосексуализм стал караться пожизненным заключением.
Как стремились добиться подобающей Ордену бедности демонстрируют, например, такие постановления: „братья должны так стремиться довольствоваться общим и необходимым, что любыми путями избегать излишнего, собственного и особенного "; „брат не может отдавать или обменивать вещи, которые ему выделены во временное употребление, без разрешения вышестоящих "; „так как духовные лица должны избегать даже видимости собственности, мы желаем, чтобы у братьев в Домах не было цепей, засовов, замков..."; „назначенные на должности братья не могут давать деньги без разрешения вышестоящих братьям конвента... если, однако, братья конвента при подобных обстоятельствах получают деньги, они не могут хранить их без дозволения вышестоящих ночью." Прямо-таки потрясающе звучит постановление о наказании при нарушении обета бедности:„ Так как отсутствие собственности - одна из важнейших вещей для Ордена и кто соблюдает ее плохо, опасности вечного проклятия подвергается, то мы предписываем к искоренению этой чумы, чтобы каждый брат, у которого по смерти найдется собственность и который перед смертью сам покорно от нее не отказался, лишается христианского погребения и в знак вечного проклятия будет погребен в навозной куче или открытом поле."
Тот, кто соприкоснется еще при жизни с собственностью, должен был наказываться годовой карой. Главный враг орденской жизни, "моль", которая истрачивает его одежды, был обнаружен теологически не образованными братьями-рыцарями совершенно верно. (крылатое выражение:"Деньги - моль на одеждах Ордена") Полностью побороть эту опасность они были так же мало в состоянии, конечно, как и большинство орденов того времени. Это доказывает закон Винриха фон Книпроде: „То, что брат ордена при его смерти в деньгах, золоте, серебре, броне, лошадях и тому подобном оставляет, должно передаваться сановникам братьев места смерти." То, что братья получали лошадей и броню и прочее такого рода к употреблению, мы знаем; но откуда они получали бы золото и серебро?
Резко осуждались также все виды изнеженности: "Братья ничего не должны есть или пить вне установленного времени." Тот же, кто ел что-то или пил, в доме или вне его, тайком или украдкой, карался наказанием на неопределенный срок. Блюда и напитки должны были быть простыми с полным исключением сладкого, сиропов, ликеров (ликер в данном случае - смесь вина, меда и пряностей) и тому подобного. Ко сну здоровые братья получали мешок, коврик, простыню, покрывало из полотна или холста и подушку. На перинах могли спать только больные.


Цитата:
Два установления показывают насколько строгой была обязанность подчиняться: „Тот, кто решается дерзко отвергнуть блюдо, напиток, оружие или одежду, подвергается первому наказанию"; „тот, кто дерзко отказывает в послушании отданному приказу вышестоящих", подвергается наказанию на неопределенный срок, даже если он позже открыто раскается в содеянном.
Особенно важным считалось поддержание чести ордена: трапеза с мирянами в местах, где существовал дом ордена; выход за границы дозволенного, наказывались первой карой; пребывание хотя бы одну ночь вне дома, тянуло за собой уже наказание на неопределенный срок; жалоба против ордена, выдача тайны капитула или ордена и заговор против вышестоящих могли искупаться только полной годоой карой.
Запрещено также было исповедоваться чужим священникам. Это должно было служить не только сохранеию чести ордена перед чужаками, как утверждают некоторые историки, но и исключению очень вредного для жизни ордена двойного духовного руководства.
Строгость орденской дисциплины особенно видна, помимо вышесказанного, из наказаний. Легкую провинность нужно искупать наказанием на срок от одного до 3 дней; она связана с послушанием, которое должно назначаться священником на то же количество воскресений. При более тяжелом проступке братья теряли мантию и крест и должны были искупать его в виде наказания на неопределенный срок, но менее года, до тех пор пока их наказание не сочтут законченным. За тяжелую вину назначалось годовое наказание. Оно состояло в том, что наказанный полной годовой карой „должен жить с рабами, если они в доме, служить в шапке, без креста, есть вместе со слугами, по 3 рабочих дня на воде и хлебе поститься... во все воскресенья послушания от священника в церкви получать, если он рассердил очевидным проступком много мирян или нанес непростительный ущерб репутации Дома; но если вина не очевидна, то вышестоящий может заменить его по совету с братьями на получение послушания в капитуле." При более тяжелой или самой тяжелой вине должностные лица и братья тоже должны были решить „смотря по серьезности проступка и его длительности и повторению или по злостному нераскаянию, назначат ли заключение в оковы и тюрьму, на один-два года или пожизненное заключение".
Легкую вину составляли 11 провинностей: отправлять подозрительные письма, пребывать в подозрительном женском обществе, разговаривать о греховных желаниях, лгать, выходить за границы дозволенного, есть с мирянами вне дома, ругать братьев, упражняться в запрещенных играх, дерзко отвергать выделенные вещи.
Тяжелая вина включала 12 провинностей: писать плохие письма, заходить к пользующимся плохой репутацией, оставаться самовольно на одну ночь вне дома, тайком есть или пить, зачинать раздоры или клевету, быть навеселе вопреки напоминанию, пособничать преступлению, атаковать братьев предметами или совершать в отношении них насилие, дерзко противоречить отданным приказам, причинять халатностью тяжелый ущерб дому.
Очень тяжелой виной было: пролить кровь в гневе или намеренно, участвовать в заговоре против вышестоящих, сознательно выдавать тайны ордена, украсть или как-либо иначе совершить касательство к собственности, уничтожать привилегии ордена, грешить телесно, оставаться две ночи вне дома, бродяжничать, колебаться при разрешении к переходу в другой орден.
Тягчайшей виной были: симония, вступить в орден ложью или умолчанием по одному из вопросов или принять кого-то таким образом, трусливо бежать от армии или от знамени, перейти к врагам веры, гомосексуализм. В первых 3 случаях имелась еще надежда из милости остаться в ордене, в последних 3 случаях происходило изгнание из него.


Цитата:
Суровые физические покаяния не были определены только как искупление за совершенные ошибки, а предписаны всем братьям. В законах об этом сказано: „Во всех домах этого ордена все братья каждую пятницу должны принимать свое послушание, исключая великие праздники; в пост до рождества и перед пасхой братья должны принимать свое послушание в 3 дня недели, в понедельник, среду и пятницу. Освобождаются от него только братья, находящиеся в путешествиях и в больницах."
Постановлеления о послушании приведены у Перлбаха, так бичевание по обнаженному торсу предписывалось в средние века во всех правилах ордена, иногда даже публично принимаясь от мирян как низкого, так и наивысшего сословия. Можно убедиться в посте про Конрада фон Тюринген.
Относительно наказаний необходимо добавить следующее: 1. указанный каталог проступков показывает, что они, все же, касались только жизни в пределах орденской семьи, и совсем упускали из виду обычную жизнь, так как в них практически отсутствуют проступки братьев при нахождении в миру и против мирян (кража, грабеж, акты насилия) или проступки мирян в пределах ордена, например, смертельное ранение, убийство. По убийству брата постановления издавались при Готтфриде фон Гогенлое, Лютере фон Брауншвейг и Дитрихе фон Альтенбург, но по убийству Гохмейстера - нет. Поэтому после убийства Вернера фон Орсельна не решились вынести приговор самостоятельно, а обратились к папе, как уже произошло поколением раньше, когда прусский ландмейстер приказал сжечь 2 мятежных братьев.
2. Судьей за все нарушения правил братьями, будь то небольшие проступки или преступления, был только орден, так как люди ордена были в средневековье исключены из светского и епископского суда.
3. В пределах ордена, согласно установлению правил, в качестве суда действовал капитул. Какой капитул (дома, провинции, страны, ордена) ясно не сказано. Исходя из некоторых соображений можно сделать вывод, что по всей вероятности, именно при составлении этих постановлений были включены пункты из в уставов старых монастырей, которые, как абсолютно автономные учреждения, знали только свой капитул дома.
Поэтому теоретически правильный образ действий не был заложен в орденские правила, что мелкие провинности должны были бы решаться капитулом дома, мелкие преступления капитулом баллеи, тяжелые преступления - гохмейстером и генеральным капитулом. Как формировалась судебная практика, еще только предстоит исследовать.
4. Судебное производство в капитуле было открытым. Для доказательства вины хватало единодушного свидетельства 2 испытанных братьев. При обвинениях, поступавших от мирян или иных не входивших в орден, капитул оценивал их достоверность. Но более подробные установления по этим пунктам отсутствуют.
5. В большинстве случаев наказания за нарушение правил были установлены довольно точно. При самых тяжелых преступлениях капитул решал, нужно ли назначить тюрьму или пожизненное заключение.


Цитата:
Как видим, орден усердно стремился к духовному воспитанию братьев. С каким успехом - сложно решить. Есть много косвенных признаков, что с приличным. Это, прежде всего, успех деятельности ордена в Пруссии и Ливонии. Подобная хозяйственно-культурная работа могла совершаться там только если орден располагал превосходно вышколенными братьями. Другой очень благоприятный знак - бесчисленные дарения, в том числе и обедневших монастырей, связанные с крайне лестными высказываниями похвалы ордену. Количество этих дарений доказывает высокое уважение к ордену в широких кругах.
Приток в ряды ордена многих благородных, высокопоставленных и успешных в миру мужей показывает, что его братство пользовалось высоким почетом. Назовем здесь хотя бы некоторых из этих, отчасти уже известных, имен, как Конрад Тюрингский и 3 брата Гогенлоэ, а также род Лангенштейн с Майнау. К ним можно добавить Генриха Фогта фон Вейда и Конрада фон Гохштеде. Генрих фон Вейда выстроил монастырь Кроншвитц для своей супруги, вступил в Тевтонский орден и позднее принял должность ландмейстера Пруссии. Конрад фон Гохштеде в 1267 году с большой свитой в Бойггене стал братом ордена и повел 500 эльзасцев в Святую Землю. О том, что супруги покидали мир и принимали одежды Тевтонского ордена, мы находим множество иных упоминаний.
О хорошего воспитании в ордене также свидетельствует то, что он производил много замечательных, влиятельных даже в миру мужей. Назовем несколько таких имен. Брат Герман был капелланом, исповедником, доверенным и утешителем великого, почитаемого церковью святым, архиепископа Кёльна Энгельберта. Другой брат Герман появляется при короле Чехии Венцеле II как его исповедник и советник; ландкомтур Чехии Лео был в течение долгих лет посредником в семейных ссорах короля Иоганна. Брат Вальтер фон Зульц прекратил в 1270 году кровавую распрю (файду - войну феодалов) между пфальцграфом Рейнским и епископом Вормса; Петер фон Штоффельн, комтур в Хитцкирхе, предотвращал трижды тяжелые раздоры (файду) в Швейцарии; Брат Дибольд Базелвинд, священник в Берне, был одним из основателей величия Берна и командующих городским ополчением в решающей битве при Лаупене. Брат Бертольд фон Бухегг, последний побег на родовом древе, личный противник императора Людвига Баварского, на княжеском съезде в Ренсе решительно выступил против происков, направленных на свержение Людвига и выдвижение на императорский трон французского короля. Летописец называет его „самой главной преградой" этому плану. Брат Бертольд был затем епископом Вормса и позже - Страсбурга. Там он издал синодальные уставы, которые показывают его так же образованным, умным и благочестивым мужчиной.
Брат Ансельм фон Эрмланд оценивается даже недружественным к ордену летописцем этого епископства, как один из самых великих епископов епархии. Культурная деятельность Ансельма в Вармии у всех историков удостаивается похвалы. Ансельм был также довольно долгое время легатом в Пруссии, Польше и Чехии. Брата Генриха пригласили на епископский престол Тренто, когда графы Тироля попытались подчинить епископство своей власти. Он стал жертвой этой борьбы, но предпочел многолетнюю ссылку отказу от старых епископских прав. Другой брат Генрих упоминается в качестве протонотария (первого секретаря) короля Рудольфа Габсбурга. Ландкомтур Австрии был в 1271 году с важной политической миссией у патриарха Аквилеи. Братья Тевтонского ордена были избраны епископом Тренто Генрихом и его противником, графом Тироля в арбитры и гаранты. Герцог Австрии Фридрих Воитель во время борьбы с императором Фридрихом II свои наиважнейшие документы и ценности перевез в замок Штаркенберг и передал надзор над замком членам Тевтонского ордена.
Братья Тевтонского ордена спасли в 1310 году короля Генриха от взятия в плен миланцами, когда горожане заманили королевскую охрану представлением и напали в это время на королевский бивуак. Братья ордена в королевской свите по долгу службы держались в стороне от представления и сдерживали повстанцев до тех пор пока не пришла помощь от герцога Леопольда Австрийского, в лагерь которого под открытым небом перед стенами города добрались двое братьев-курьеров. Духовно и нравственно отличившиеся мужи будут названы также в главе:„ Литература Тевтонского ордена" .
Еще можно упомянуть, что братьев Бальги хвалили за то, что минимум одного из них можно было найти в капелле в любое время дня и ночи; то, что посетители Энгельсбурга (замка Ангела) в Пруссии находили имя Дома очень подходящим, так как там действительно жили ангелы; то, что Доротея фон Монтау и Кристина Эбнер (знаменитые немецкие мистики) избрали себе в духовники братев Тевтонского ордена, и что мистик Генрих фон Нёрдлинген жил в Базеле с братьями ордена.


Цитата:
Католики попросят в качестве доказательства высокого духовного воспитания в ордене назвать его святых, будь то те, кто просто превосходил обычную меру установленного Церковью для христианской жизни, те, кто возвысился в светочи, служащие образцом для всего христианского мира, или те, кто „подняты к алтарю". Этот признак величия духа Тевтонскому ордену, как и всем рыцарским орденам, был заказан.
Другие залючают о недостаточности воспитания в ордене из множества зафиксированных нарушений, из исковых заявлений против ордена, из законов ордена и, наконец, из осуждений летописцев. С тем, что нарушения правил имели место в немалом числе, надо согласиться. Так в 1300 г. н.э. один брат в Пруссии был наказан "за утаивание денег"; другой в 1353 году за умалчивание по одному вопросу извергнут из ордена; в 1283 году комтур Фрайбурга заколот братом ордена а в 1330 году та же судьба постигла самого Великого магистра Вернера фон Орзельн. Брат Генрих фон Хоэнхорст был низложен в 1317 году с должности ландмейстера Ливонии, так как он однажды подвергался публичному наказанию и был обвинен в утаивании 169 марок серебра.
После битвы при Танненберге много братьев из прусских замков трусливо бежали прочь, в Германию. Этот список мог бы продолжаться, наверное, еще на сотни случаев. Однако, подобное доказательство не является столь уж значительным, так как для каждого знатока человеческой природы само собой разумеется, что в общности из нескольких тысяч человек в течение 2 столетий накопится много преступлений.
Исковые заявления против ордена возбуждались в 1320 и 1453. В первом орден упрекают в кремации. Подобный случай произошел в сентябре месяце по случаю похода в вражеские земли. Этот, противоречащий освященному древнему обычаю церкви, образ действий был действительно непростителен, так как ничего не мешало рытью могилы летом, что могло бы оправдать их суровой зимой.
Но исковое заявление 1453 года написано врагами ордена, которые собрали все преступления ордена в Пруссии и Ливонии с 1309 по 1450. Читатель данного заявления будет удивлен, как мало за этот длинный период те смогли найти.
Наконец, законы ордена доказывают только, что бегство из ордена случалось нередко, что обедни не всегда усердно читались и, - как самое тяжелое - что при Винрихе фон Книпроде употребление денег у братьев уже встречалось. Так, запрещали Зигфрид фон Фейхтванген и Лютер фон Брауншвейг восстановление падших братьев до возмещения ими нанесенного ущерба, приказывал Вернер фон Орзельн, что братья священники должны лучше исполнять обедню, как установлено, и определял Винрих фон Книпроде, что наследство братьев в деньгах, золоте и серебре должно передаваться наивысшему должностному лицу соответствующего дома. Бегство из ордена должно было быть настолько распространенным, что против него издавались также папские и императорские буллы, как папская булла от 5 февраля 1221, императорская булла от 1336 года.
Наконец, приговоры ордену выносятся почти исключительно во времена, которые в принципе ничего хорошего не находили в „сумрачном" средневековье; они были нарисованы исключительно в темных тонах. Представление об их характере могут дать следующие пассажи: „Орден стал вскоре бандитской шайкой, в которой преступники и бродяги со всей Германии находили себе убежище", „Нужно признать, что вряд ли когда имелось другое государство, которое настолько было лишено всякой нравственной основы." В вину ордену ставили даже лабиринты, проходившие между Элеонской горой и гротом Калварии.

_________________
Living history community "Die stadt Elbing 1360-1410"
Ska, piwo, halabardy!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 02-04, 19:30 
Не в сети
главбюргер
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15-08, 16:34
Сообщения: 7042
Откуда: Brzesc, Bialorus
Цитата:
Несмотря на всю строгость рыцарского устава, принятого крестоносцами, в нем было одно послабление, которое со временем способствовало обмирщению и развалу ордена: рыцарям разрешалось вести торговлю в пользу своих родственников. Постепенно коммерческая деятельность, политика, интриги, использование родственных связей вытесняли аскетический настрой, жесткая духовная дисциплина средневекового католицизма стала казаться непомерным испытанием, и рыцари начали переходить в новое вероисповедание, пришедшее из Германии во время Реформации, лютеранство, казавшееся не столь обременительным. В 1554 г. на Вольмарском ландтаге орденский гроссмейстер Вальтер Плеттенберг снял с лютеранства клеймо ереси.
http://www.baltworld.ru/latvia/publications/history/

_________________
Living history community "Die stadt Elbing 1360-1410"
Ska, piwo, halabardy!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 23-11, 20:13 
Не в сети
главбюргер
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15-08, 16:34
Сообщения: 7042
Откуда: Brzesc, Bialorus
Цитата:
При комтурских замках очень часто имелись фирмари для больных и старых орденских братьев и орденских священников, которые по старости или ранению не могли нести службу. В больших комтурских замках имелись два вида фирмари, для орденских братьев-рыцарей, орденских священников, серых плащей и отдельно для слуг. Иногда для серых плащей (служащих братьев незнатного происхождения) и простых кнехтов фирмари были отдельные как в замке Остероде. Но для отдельного лечения серых плащей – полубратьев это, пожалуй, единственное доказательство[7]. Обычно они лечились в одном помещении с рыцарями. Стол фирмари, по крайней мере, в некоторых замках обеспечивался собственной кухней, где готовили лучше и более обильные блюда, как требовали орденские статуты. При большом значении в средневековой медицине к пищевой диете, можно говорить о диетической кухне. Кухня имела собственного повара, а иногда (в Кёнигсберге) и двух поваров. В больших замках с конвентом от 30 до 60 братьев имелись большие помещения с собственным ремтером (столовой) для больных и престарелых рыцарей, с отдельной баней. Орденские статуты рекомендовали больным братьям купание. Фирмари были сооружены таким образом, что бы каждый орденский рыцарь имел собственную комнату (келью) и общее помещение для отдыха. В большинстве случаев в этот комплекс входили капелла, кухня и подвал. Всё выглядело как небольшой госпиталь, в котором жизнь протекала изолированно


Цитата:
Бани
Бани были достаточно распространённым явлением в Европе, соответственно и Орден повсюду в своих замках сооружал бани. Они имелись не только в замках с большим конвентом, но так же в замках фогтов, пфлегеров – управляющих и каммерамтах. Бани сооружались так же, как в фирмари: дощатый пол, положенный на каменный настил, стеклянные окна. На печи клали камни, будучи раскалёнными, они поливались водой для получения пара. Вода для мытья нагревалась в котлах, мылись в «ваннах» (деревянных бочках). Для банных процедур использовались так же и лиственные веники. Иногда в банях находился особый колодец.
Водоснабжение
По исследованиям Б. Шмида (B. Schmid) в замковом комплексе Мариенбурга имелось 19 колодцев. Колодец в высоком замке имел глубину до 27 м. был выложен камнями. Над ним деревянный навес с черепицей и колесом для вытягивания ёмкости с водой, колодец, очевидно, был построен ещё в 13 в. В помещении великого магистра в среднем замке в полу имелось круглое отверстие, которое вело через этажи в подвал к колодцу. Обычно колодец находился в центре замкового двора, как в Кёнигсберге во внутреннем дворе Дома конвента.
Данцкер
Характерной чертой орденских замков, были данцкеры (туалеты), это были внушительные башни, стоящие за приделами замкового корпуса, в большинстве на водном потоке (ручье, заливе, реке, и в проточном рву), С замком они соединялись крытым переходом на мощных колоннах (в Мариенвердере этот ход имел 54 м. длинны). Нередко они соединяли в себе оборонительные функции и архитектурную красоту и образовывали выделяющейся замковый комплекс. Но, прежде всего они выполняли функции отхожего места для обитателей замка. Помимо башенных данцкеров имелись так же небольшие, навешенные на внешнюю оборонительную стену помещения с наружными люками для нечистот. Кёнигсбергский замок имел два данцкера, один для Дома конвента второй, для фирмари. Как правило, данцкеры имели несколько мест.
Отопление
Так же тщательно была продуманна отопительная система. В 13 и первой половине 14 вв. замки отапливались открытыми каминами и угольными противнями. Позже, повсеместно встречается калориферное отопление (отопление тёплым воздухом), самое старое встречается до 1300 г. в Мариенбурге. Под обогреваемыми помещениями, располагалась специальная печь, в которой накаливались крупные валуны, затем открывались тёпловые отверстия и тёплый воздух от раскалённых камней по тепловым каналам и через отверстия в полу обогревали помещения. Дымоходную трубу использовали также и для открытых каминов. Благодаря этой отопительной системе, суровые прусские зимы переносились достаточно комфортно. Позже в замках стали использовать комнатные печи. Комнатная печь в соединении с вентиляционными каминам, окончательно приняла законченную форму в Пруссии около 1370 г.

_________________
Living history community "Die stadt Elbing 1360-1410"
Ska, piwo, halabardy!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 5 ] 

Часовой пояс: UTC + 2 часа


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 0


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения

Найти:
РейСРёРЅРі@Mail.ru
Создать форум

| |

cron
Powered by Forumenko © 2006–2014
Русская поддержка phpBB